Иначе виделось это ведомственное противостояние подчиненным Громыко.
Игорь Федорович Максимычев, который был советником-посланником в ФРГ, вспоминал:
Андрей Андреевич бдительно следил за тем, чтобы в отношениях с «третьим миром» не совершались роковые ошибки. Особенно когда речь шла о таких вождях, как хозяин Ливии Муамар Каддафи, который все сорок два года своего правления испытывал непреодолимую тягу к опереточным мундирам и помпезным церемониям – подобно многим восточным царькам.
Судьба лидера ливийской революции полковника Муамара Каддафи могла сложиться иначе, если бы союзники в свое время пошли навстречу Сталину.
Громыко хорошо помнил, как после разгрома нацистской Германии и ее союзников победители обсуждали судьбу итальянских колоний в Африке. Нарком иностранных дел Молотов на встрече с американскими дипломатами требовал передать Советскому Союзу право опеки над одной из них – Триполитанией. Это территория нынешней Ливии. Под опеку передавались народы и территории, которые, как считалось, недостаточно развиты и не готовы еще устроить государственную жизнь самостоятельно.
Американцы не соглашались. На переговорах с государственным секретарем США Джеймсом Фрэнсисом Бирнсом упрямый и упорный Молотов настаивал: почему же вы не поддерживаете нашу просьбу о предоставлении Советскому Союзу подопечных территорий?
Бирнс ответил Молотову, что англичане хотят оставить итальянские колонии за собой, у французов другое мнение, а Советский Союз требует их для себя… При таких обстоятельствах лучшее решение – не передавать этих колоний никому.
Сталин остался без Ливии. Пожалуй, это к лучшему. А то молодые ливийские офицеры-националисты во главе с Муамаром Каддафи восстали бы не против собственного короля, а против советского наместника. И их ненависть выплеснулась бы не на американцев с англичанами, а на нашу страну.
В 1976 году Каддафи подписал контракт с Москвой на покупку вооружений стоимостью в двенадцать миллиардов долларов – фантастические по тем временам деньги. Среди прочего заказал две тысячи восемьсот танков. Но, даже когда он вооружил свою сухопутную армию советскими танками и ракетами, военно-воздушные силы – полутысячей боевых самолетов, флот – шестью подводными лодками, все равно понимал, что не может позволить себе участвовать в сколько-нибудь серьезной войне.
Поэтому Каддафи, как и некоторые другие ближневосточные лидеры, пытался обзавестись ядерным оружием. Рассчитывал на помощь Москвы. Он намеревался купить в Советском Союзе полный ядерный топливный цикл, в том числе тяжеловодный реактор на природном уране, необходимый для производства оружейного плутония.
В Москве за эту сделку ухватились влиятельное Министерство среднего машиностроения и заместитель главы правительства, старый друг Брежнева еще по Днепропетровску Николай Тихонов. Но ядерную сделку торпедировал осторожный Громыко. В частности, МИД справедливо сослался на то, что казна Ливии не так уж богата и Каддафи никогда не расплатится.
