Президент Рузвельт ответил, что в таком случае придется принять в ООН и все сорок восемь американских штатов. Но в Вашингтоне старались скрыть разногласия. Американцев беспокоило, что спор на эту тему получит огласку и в Германии решат, будто между союзниками разлад, а это затянет войну.
Рузвельт написал Сталину 1 сентября 1944 года, отметив, что советское предложение ставит под угрозу создание ООН.
Сталин ответил Рузвельту, что для Советского Союза это принципиально важный вопрос. Тем более что, скажем, Украина и Белоруссия «по количеству населения и по политическому значению превосходят некоторые государства».
Президент предложил Сталину встретиться на Средиземном море. Сталин отказался ехать, сославшись на запреты врачей. Тогда Рузвельт, который чувствовал себя значительно хуже, отправился в Ялту. Это было последнее в его жизни и, возможно, роковое путешествие.
Через два дня после инаугурации в обстановке полной секретности он поехал на поезде в Норфолк, где сел на борт крейсера «Квинси», который взял курс на Средиземное море. Десять дней он плыл по Атлантике и высадился на Мальте. Встречавшие его американские дипломаты нашли президента изнуренным и изможденным. Делегация переночевала на Мальте и полетела в Ялту. Рузвельта разместили в Ливадийском дворце. У него единственного была своя ванная комната.
В какой степени участники встречи понимали друг друга?
Громыко вспоминал, как Сталин его спросил:
– На какие слои общества в основном опирается Рузвельт внутри страны?
Андрей Андреевич ответил:
– Американский президент, конечно, защищает прежде всего интересы своего класса – буржуазии. Экстремисты справа выдвигают нелепое обвинение в том, будто он даже иногда сочувствует социализму. Это – пропагандистский прием тех, кто не хочет добрых отношений между СССР и США, кому не нравятся некоторые внутренние мероприятия администрации Рузвельта. Эти мероприятия в определенной мере ущемляют интересы крупных монополий…
Вождь устроил обед для своих.
Громыко:
Вождь спросил своего посла:
– А скажите, Рузвельт, как по-вашему, умный человек?
Громыко ответил:
– Товарищ Сталин, Рузвельт – человек большого ума и способностей. Один тот факт, что ему удалось добиться своего избрания на президентский пост в третий, а затем и в четвертый раз, говорит сам за себя. В США, можно сказать, исторически закрепилась традиция не избирать президента больше чем два раза. Она представлялась прочной, сложившейся традицией, которой придерживались обе партии – демократическая и республиканская. И вдруг Рузвельт ее сломал, и сломал эффектно.
Сталин одобрил американского президента:
– Как он это ловко сделал. Да, все было сделано так, как надо.
Громыко:
Сталин задал неожиданный вопрос:
– Правду говорят, что президент по происхождению не из англичан? Однако по своему поведению и манере выражать мысли он больше похож на англичанина, чем Черчилль. Последний как-то меньше контролирует свои эмоции. Рузвельт же, наоборот, сама рассудительность и немногословность.
Громыко осторожно ответил:
– У американского президента предки были голландского происхождения. Это установлено точно. Но рядовой американец как-то не проявляет к такой теме особого интереса. А литература на этот счет скупа.
Много лет спустя заместитель министра иностранных дел Владимир Семенович Семенов записал впечатления Громыко:
