- Устанавливать весь круг мотивации - задача слишком обширная. Генерал Кожинов сказал, что именно в этом направлении он рассчитывает на содействие ФСБ. В области экономических махинаций и разборок вы гораздо опытнее, наша сторона - политика, терроризм…
Бондарович улыбнулся краешками губ:
- Значит, служба охраны все-таки всерьез полагает, что Глушко рассердился на Смоленцева и устроил разборку в сортире Кремля? Тут впору участкового вызывать, а не ФСБ.
- Вы не устаете от своей ироничности? - уколола его Виктория.
Александр рад был уйти от служебного разговора:
- Я не устаю только от музыки. Дома ее просто горы, только слушать приходится редковато, некогда устать…
Девушка показала рукой:
- Вон тот дом, сразу налево.
- Ого, - не мог не восхититься Банда, - потолки, небось, трехметровые?
- Еще выше, - с удовольствием подтвердила Виктория. - Почти четыре, как во дворце.
Александр уже припарковал машину к обочине и устало откинул голову на спинку сиденья. Он подумал, что до подъезда девушка вполне дойдет и сама.
Виктория, несмотря на позднее время, не торопилась покидать машину.
- Хотите заглянуть сейчас ко мне? - неожиданно предложила она. - Будет чай с "Рижским бальзамом" и еще кое-что любопытное…
Бондарович не открыл глаз и не повернул головы к молодой женщине, которая со скрытой усмешкой смотрела в эту минуту на него.
А зря не посмотрел: Виктория была в этот миг хороша.
Хоть Александр и устал, однако в сон его еще не бросало:
- Провоцируете на какое-нибудь пошлое замечание, Виктория?.. Я не любитель вольных шуток, а чаю с бальзамом выпью с удовольствием, - он решительно распахнул дверцу. - Пойдемте… А машину отсюда не угонят?
Виктория улыбнулась:
- Нет. Напротив дома, видите, итальянское посольство. Тут круглосуточное дежурство, так что ваша машина в полной безопасности…
- Что ж, меня успокаивает это.
- Вы так переживаете за машину, что можно подумать, ее у вас уже угоняли.
Александр не ответил. И не забыл проверить, закрыты ли дверцы. Все же кругом была Москва…
Бондарович и Макарова, 1 час ночи, 24 марта 1996 года, квартира полковника Орлова
Квартира была на первом этаже налево.
Виктория достала ключ, однако дверь оказалась незапертой - такое нечасто встретишь в криминализированной Москве в час ночи.
Виктория прошла в прихожую, увлекая за собой спутника.
"Похоже, из "любопытного", Бондарович, тебя ожидает ревнивый муж с большущим ятаганом в руках, - сказал себе Александр и вошел в квартиру. - И если голова твоя до утра останется на месте, считай, твой ангел силен!"
- Раздевайтесь, Александр, - успела сказать Виктория.
В коридоре, к удивлению Бондаровича, вдруг показалась несколько располневшая женщина лет пятидесяти пяти, - но все еще красивая.
- А мы-то ждем тебя, Вика, - взволнованным голосом начала она. - Прокофий ни в какую не соглашается лечь, говорит, что до двух подождем.
Виктория оглянулась на Бондаровича.
- Ой, здравствуйте, - наконец заметила пожилая женщина Александра. - Извините…
Он приветливо улыбнулся:
- Добрый вечер.
- Можно нам чайку, Ольга Борисовна? - Виктория скидывала в прихожей туфли, пододвигала Бондаровичу тапки. - Мы пройдем к дедушке и все расскажем.
- Чай на столе, вы проходите. У нас и бальзамчик есть, - зачастила радушно пожилая женщина, - Простите, не знаю, как зовут.
- Это Александр Владимирович, Ольга Борисовна.
Бондарович, забывшись, едва не представился сам - Бандой - как любил представляться в домашней и вообще в неофициальной обстановке; но вовремя прикусил язык, подумав, что его невинное прозвище может попросту напугать эту незнакомую гостеприимную женщину.
В час ночи…
Последовали совсем неоригинальные заверения в обоюдной приятности знакомства.
Виктория в это время смотрела на Александра и Ольгу Борисовну несколько насмешливо. Широкий коридор заворачивал на кухню, еще были три, по-видимому, больших комнаты, - что и говорить, трудно даже представить, сколько стоит в нынешние времена такая квартира на Арбате. Правда, дом - старинной постройки, и реконструкции подвергался, как видно, очень давно, в пятидесятых, но все равно жить в нем - мечта, доступная разве только кому-нибудь из старой номенклатуры.
Бондарович прошел за Викторией в одну из комнат.
- Познакомься, дедушка, это Александр Владимирович, а это - мой дедушка… - Виктория с нескрываемой любовью погладила деда по плечу. - Можете проверить, Александр, свою профессиональную память и дикцию, у него редкое имя - Прокофий Климентьевич.
- Прокофий Климентьевич… - Александр кивнул.
В удобном кресле сидел худой бледный старик с тонкими чертами лица и в довольно странном одеянии: похоже, это была просто безрукавка-душегрейка, надетая задом наперед, чтобы хорошо согреть грудь. Ноги были укрыты пледом, в руке - кружка с большой удобной ручкой, рядышком с креслом стояла специальная подставка, чтобы было несложно в любой момент поставить кружку на нее.
Видно было, что за стариком ухаживают с большой заботой и с умением. А может быть, он умеет добиться к себе соответствующего отношения сам.
