- У него будут лучшие адвокаты от блока коммунистов. Во всяком случае, один из их лидеров так утверждает. Вообще, арест Глушко - маневр для отвода глаз.
Или провокация.
Виктория, отогревшись, сразу очень похорошела.
- Это вы? - Бондарович внезапно протянул Виктории журнал с южными снимками.
- Да, - Виктория с неудовольствием откинула журнал в сторону. - Я была в личной охране Елены.
- Не сошлись характерами? - Александру было просто любопытно знать что-нибудь про этот период жизни Виктории.
Девушка слегка поморщилась:
- Не то чтобы не сошлись, мы долгое время неплохо ладили. Знаете, такие стабильные отношения - чуть-чуть на дистанции?.. - Виктория задумалась, припоминая. - На одной из дач в кругу Смоленцева была довольно грязная история.
- Это уже интересно! - улыбнулся Банда.
- Охранник Борис, сейчас он повсюду сопровождает Елену, грубо попользовался какой-то молоденькой теледевочкой. Я стала возмущаться, и тут меня поразило полное спокойствие и Смоленцева, и Елены. И действительно, девочке утром пообещали какую-то рольку или программу, и она за завтраком уже вовсю улыбалась. Я же предстала перед всеми какой-то дурой, белой вороной. Борис с тех пор ухмыляется, видя меня, и как бы намекает, что мне тоже с ним понравилось бы. В общем, не те возникли обстоятельства - и сложились неизвестно в чью пользу…
- Пожалуй, в пользу теледевочки, - пошутил Александр.
- А вы знаете, действительно! - оживилась Виктория. - Я не думала в этом направлении. Но, кажется, после той рольки у нее дела пошли в гору. Я видела ее потом в двух или трех клипах. Хотя не могу сказать с уверенностью: может, ею еще кто-то пользовался?
- Ясно. У меня давно создалось впечатление, что на телевидении праведникам не место… Что вы намерены делать дальше? - он перевел разговор ближе к теме. - Ведь не напрасно же вы втянули меня в это предприятие, - Бондарович рассеянно посматривал за окно; следующую фразу говорил, как бы удивляясь сам себе. - Странно, Но я с охотой полез в это бесперспективное и опасное дело.
- Вы считаете его бесперспективным?
- А вы так не считаете?
- Когда была одна, - считала. А теперь…
- Хотите сказать, мы вдвоем сила?
- Примерно так…
- Что ж, мне нравится ваш оптимизм. Он вдохновляет и меня… Итак, ваши планы…
Виктория, видя его реакцию, почувствовала себя много увереннее:
- Я собираюсь узнать, кто убил Смоленцева и с какой целью. Существует весьма ограниченное количество вариантов, и я хочу спровоцировать "момент истины". И считаю, что у меня есть шанс, если вы мне…
Виктория вдруг изменилась в лице и резко толкнула, - переворачивая, - столик на входивших в заведение двоих молодых людей.
Один из них крепко получил по бедру и со стоном упал, а второй хорошо отработанным движением выхватил пистолет и скомандовал:
- Лечь! Руки за голову!.. - при этом потянулся левой рукой за наручниками, что висели у него на поясе под расстегнутым пальто.
Как говорится: размечтался!
Ясно, что до конца провести свою идею в жизнь парень не сумел. Не позволили обстоятельства.
Александр ловко поднырнул ему под руку, когда в той поднимался пистолет на уровень груди, и сделал ему переворот с подсечкой. Рука оказалась вывихнута, а молодой человек упал. Он, видно, совсем упустил из внимания, что перед ним противник, который кое-что умеет, - не исключено, что даже лучше его самого.
Виктория и Александр мотнулись к дверному проему, за которым была кухня.
Макарова выхватила пистолет, Бондарович, поколебавшись - если полусекундную задержку можно назвать колебанием, - последовал ее примеру.
Двое поваров - молодые парни в накрахмаленных белых колпаках - побледнели, увидев в руках ворвавшихся людей пистолеты. Эти парни сами стали едва ли не белее своих колпаков. Глаза у ребят в испуге округлились.
- Всем стоять спокойно! - скомандовал Банда. - Смотреть на меня…
Он переводил пистолет с одного на другого - на всякий случай нагонял страху, дабы быть спокойным за свой тыл.
Один из поваров, выронив на плиту половник, даже поднял руки.
Взволнованно дыша, Виктория и Александр пробежали через кухню. Девушка бежала первой, Банда за ней.
Она крикнула:
- Тут должен быть выход.
Разумеется, выход здесь был.
Задняя дверь - большая, обитая жестью, - вела в хозяйственный дворик, загроможденный, как обычно для таких двориков, тарой. Дальше были видны ворота…
Виктория оглянулась на Александра:
- Бежим?
Беглецы собирались уже выскочить наружу, как в воротах, за которыми открывался заросший старый парк, появились фигуры еще двоих бойцов. Кто-то из них выкрикнул классическое:
- Стой! Стрелять буду!..
Виктория, не задумываясь, всадила две пули в створки ворот. В тихом парке выстрелы прогремели оглушительно.
А звук рикошета был не из приятных.
Фигуры мгновенно исчезли из открытого пространства, тут же захлопали ответные выстрелы. Куда ударили пули, не было слышно, - скорее всего, совсем в молоко.
Стреляли как будто для острастки.
Тучи ворон сразу поднялись с деревьев в небо…
В поле зрения крутые парни из группы захвата не показывались, - видимо, знали, что имеют дело с чемпионом мира по стендовой стрельбе.
