- Если вас заточат в узилище, а не пристрелят на месте, я буду шантажировать ваше начальство вашими документами, пытаясь облегчить вашу участь. А если…
- В этом случае, - твердо сказала Виктория, - можете распоряжаться документами по своему усмотрению. Вот адрес, запомните его. В случае нашего ареста или гибели вам отдадут фотографии, пленку и документы.
Александр подал голос:
- Вы могли бы договориться с хозяином, чтобы нашу машину куда-нибудь отогнали или спрятали? Ее сейчас ищут все спецслужбы Москвы.
- Нет проблем.
Александр сбросил еще один решенный вопрос со счетов:
- Нам, возможно, понадобится еще ночь или две провести здесь, это безопасно?
- Вы, однако, оптимист, - иронически улыбнулся Гена. - Живите на здоровье…
- А хозяин не из любопытных?
- Хозяин себе не враг, он знать вас не знает. Кстати, об оплате можете не беспокоиться. Тут один молодой человек купил заводик и балует своих и чужих друзей на радостях.
- Еще одно, - Банду волновали практические вопросы, - отвезете нас завтра в Москву?
Гена поразмыслил несколько секунд:
- Я уезжаю сейчас, а утром пришлю машину с шофером. Такой вариант вас устроит?
- Конечно.
- Хорошо. Тогда к которому часу прикажете?..
Банда подумал: нет ничего более приятного, чем иметь дело с профессионалом. И с человеком "беспотолочным"… Александр давно уже разделял для себя всех людей, с какими имел дело, на "потолочных" и "беспотолочных". С одним заговоришь - и сразу чувствуешь: человек ограниченный - мыслит узко, медленно, и никакого полета фантазии; что в детстве, в юности усвоил, тем и живет - не развивается. Виден его "потолок".
А с другим общаешься - будто из бездонного колодца черпаешь; что скажешь, схватывает на лету и сам развивает, с легкостью подхватывает мысль; и высоко летает; то, что когда-то усвоил, не возводит в ранг догм - способен переоценить старые ценности, способен усомниться; и способен же создать собственные ценности, то есть способен по-настоящему мыслить - самостоятельно и уверенно; "потолок" такого человека столь высок, что уж и не виден. Такого человека Александр почитал за "беспотолочного"… К таким людям и относился Гена…
Закончился вечер, Геннадий умчался в Москву вынюхивать информацию, - действительно, с этим нельзя "волынку тянуть"; информация - это тот зверь, которого надо брать по горячим следам; понятное дело, имеется в виду - сенсационная информация.
Банда ощутил, как вдруг навалилась усталость.
Он сказал:
- Счастлив наш Бог, Виктория. Каким нюхом ты нашла этого газетчика за сто километров от города?
- Ничего особо удивительного, - девушка с бокалом в руках стояла у окна, - мы здесь и познакомились, я говорила тебе. Простое удачное совпадение.
Банда улыбнулся ей:
- Еще парочка таких совпадений, и мы с триумфом можем возвращаться в Москву.
Виктория сделала маленький глоток шампанского и поставила бокал на подоконник:
- В противном случае Николай отыскал бы его и вызвал сюда под каким-нибудь предлогом, мы встретились бы на два часа позже и поспали этой ночью на два часа меньше…
- Намек понят, - Александр взял куртку и двинулся к двери. - Спокойной ночи, Вика.
- Намек не понят, - ясным голосом ответила она, - Оставайся здесь, Александр.
Бондарович развернулся от двери назад и недоуменно застыл. Виктория подошла ближе, положила руки ему на плечи и крепко прижалась к нему всем телом.
Банда пошутил:
- Нет ли и здесь происков дедушки?
Виктория пропустила мимо ушей его слова:
- Другой ночи у нас может не быть. Ты так не считаешь?
- Не исключено, - Александр чувствовал губами ее жаркое дыхание.
- Нам надо успеть влюбиться друг в друга сегодня… - тело девушки волнующе подрагивало. - А потом ты можешь ухаживать за мной, сколько хочешь…
- Я много хочу, - признался Банда; он сам почувствовал, как стало чаще его дыхание.
- Чего, например? - глаза Виктории были близко-близко; они были такие чистые, открытые, доверчивые.
- Всего…
- Ты хочешь меня?..
- Хочу, - он смотрел ей в глаза так, будто хотел заглянуть в сердце.
- ..поцеловать? - досказала девушка, лукаво прищурив глаза.
- И поцеловать тоже, - не потерялся Банда.
Она посмотрела ему на губы:
- Так что же ты медлишь?
- Я не медлю. Мне просто хорошо.
Виктория улыбнулась:
- Ты такой смешной сейчас. Совсем не похож на Джеймса Бонда.
- Вот Бонд-то как раз и смешной…
Александр, чуть склонившись, легонько коснулся губами ее губ - приоткрытых, зовущих. Губы Виктории были приятно прохладными - как свежая, сорванная с дерева вишня поутру. А дыхание девушки все сильней волновало.
- Удивительно… - прошептал Александр.
Она закрыла глаза:
- Что?
- Ты похожа была на амазонку.
- Там, в кафе? С пистолетом в руках?
- Я боялся за тебя.
Девушка шептала в ответ, губы их соприкасались:
- А я за тебя… Так подставила человека, дура…
Она вдруг открыла глаза и весело закончила:
- Кто первый пойдет в душ? Чур, я. А ты позови официанта, пусть уберет со стола.
