— Дарья, а в каком состоянии здоровье наших новичков? — скрестив пальцы, спросил старшего медика княжества Радек.
— На слабую троечку, не более, очень много ослабленных. Зубы у многих в ужасном состоянии. А дети совсем слабенькие — они сейчас активно отпаиваются куриным бульоном. Люди говорят, что около трёх десятков человек в пути погибло.
— Да уж, в пути их не особо потчевали, — проговорил Саляев. — Разносолов не предлагали.
— Но ничего, у нас с голоду не помрут, отъедятся, — Дарья вынула из печи котёл с томившимся там борщом и осторожно приоткрыла крышку, выпустив гулять по комнате великолепный аромат.
— Пусть немного остынет, давай пока салатик, зря, что ли я овощи стругал? — Саляев демонстративно похлопал себя по животу.
Дарья поставила на стол большую миску с нарезанным салатом.
— Душераздирающее зрелище! Оливье в тазике, как дома, — рассмеялся Ринат.
— А майонез как в прошлый раз? — уныло спросил Радек.
— Нет, я добавила уксуса в замес. Ещё бы перцу чёрного и вообще было бы отлично, — ответила с улыбкой княгиня.
— Ну, я пойду Стаса позову. Да и Ярику скоро просыпаться, — Соколов ушёл в детскую.
Вскоре в комнате появился и старший сын ангарского князя — Станислав, от обиды надутый до невозможности. Ещё бы, только наши захватили позиции врага, пустив в ход танк, как маршала зовут обедать! Он не принимался за еду, пока не расставил на краю стола всех своих солдатиков.
— Молодца, Стас! — подмигнул пареньку Ринат. — Подрастёшь, ко мне в Удинск давай, будем из пушек стрелять.
Стасик тут же расцвёл от удовольствия, правда пострелять ему хотелось уже сейчас.
Профессор, тем временем, склонившись над столом, негромко спросил Соколова:
— Как думаешь, а царь-то примет наших послов?
— Примет, конечно же, — убеждённо ответил князь, — да только из-за одного любопытства уже примет! Вон, алтын-хановских послов принимал же, а мы чем хуже?
Радек согласно закивал, а Вячеслав погрозил пальцем Стасу, чтобы тот не ковырялся ложкой в тарелке, а ел налитый матерью борщ.
Карпинский передавал из Енисейска, что Беклемишев предложение ангарцев о встрече с царём воспринял как само собой разумеющееся. Он посоветовал отправляться в путь вместе с царским караваном ясака. Да приготовить подарков монарху побольше. А вечером из Удинска пришло сообщение. Помощник Саляева по боевой подготовке молодёжи, прапорщик Афонин докладывал, что паробот с енисейцами прошёл мимо острова. Это значило, что через трое суток Беклемишева можно ждать в Ангарске. Соколов решил встретить Михаила Васильевича по-домашнему, поселив в гостевой половине своего дома. Ночью, при свете свечи, князь прокрутил в голове возможный сценарий предстоящего разговора с царским чиновником, выписав на бумагу основные вопросы, которые ему хотелось бы обсудить, да предложения, которые он хотел озвучить.
Ужин был великолепен. Хозяйки Ангарска постарались на славу. Мясное рагу с овощами, запеченный с сыром и мясным фаршем картофельный пирог, салат «Столичный», хлеб с кедровыми орешками и ягодный морс, всё было съедено до крошки. Супруга Беклемишева и два его взрослых сына были довольны приёмом, что им оказали в доме ангарского князя. Беседы на житейские и бытовые темы в гостиной продолжались, а мужчины, тем временем, уединились на веранде, чтобы обговорить более серьёзные дела.
Пожилая тунгуска вынесла им горячий чайник с медовым напитком, настоянным на травах — по рецепту княгини. Проводив её глазами, Соколов повернулся к сидящему в кресле Беклемишеву:
— А как тебе, Василий Михайлович, новый воевода енисейский?
— Молодой да бойкий. Предан он отечеству и царю нашему, батюшке. А отец его геройски погиб при Смоленске, за Отечество своё стоя, потому Василий Артёмович царём и обласкан, — отвечал тот.
— Смоленск теперь у Руси, это хорошо, — заметил ангарский князь.
— Без сомнения! Богатый город, прибыток Отечеству учиняет немалую, да и Полоцк тако же, — соглашался царский чиновник.
А ещё бы хорошо и русские порты на Балтике иметь бы для торговли? — спросил, отхлебнув горячего напитка, Соколов.
Беклемишев сверкнул глазами:
— Не в силах нам со свеем совладать нынче. Свей силён, да с ляхами дружен стал. Не совладать… Чую, сызнова война будет с ляхами, не иначе, те себе короля нашли нового, тако же свейских кровей.
— А если мы сможем помочь? — поднял глаза Соколов.
— Что? Нешто вы… Не пойму я тебя, князь, — брови Беклемишева поползли вверх, да там и остались.
— Сколько стрельцов ты можешь привести в Ангарию сейчас? — продолжал удивлять собеседника Вячеслав.
— Под восемь десятков, не более…
— Мои люди могут обучить их палить из ангарских ружей, да лить для них пули, — внимательно смотрел на собеседника Соколов. — А так же стрелять из пушек.
— Те, что не каменьем, а бонбами палят? — недоверчиво, с удивлением вопрошал Василий Михайлович.
— Ими самыми, — кивнул Вячеслав и добавил, — плата обычная.
Беклемишев поморщился:
— Не реки оное уплатой али покупкой. Государь наш не может людьми православными торговлю учинять. Ибо церковь наша святая, православная, проклянёт его.
