Разорви плоть и вытяни их наружу… Разорви плоть и вытяни их наружу!»
Твою мать, этот голос, похоже, надолго засядет в моей голове, не то что в ушах. После затихшего голова мужика в ушах эхом не прекращая, раздавались другие и повторяли одни и те же последние слова, сказанные тем голосом. Это меня сильно пугало, настолько, что я чуть-ли не лишилась здравого смысла, однако мне удалось собраться. Я так понимаю, надо картины разрезать, потому что других идей нет, остаётся только надеяться, что после этого меня отпустит от этого бреда. Так и свихнуться недолго, честное слово. Глубоко вздохнув и замахнувшись осколком, я разрезала сразу все картины, и в тот момент они пропали в появившейся из них дымке, а на их месте появилась обычная стена, на которой висела картина с овечьей семьёй.
— Мило. Где автор этого произведения? Я хочу с ним познакомиться.
Смотря на неё, я вдруг вспомнила о своей семье, и тут из картины появились мои призрачные родители с сестрой. Они звали меня к себе. Глава видно решил помимо нервов ещё и на чувствах моих поиграть, чего он этим всем добивается?
— Рэн, доченька, иди к нам. — говорила мама, протягивая ко мне руки.
— Сюда, сестрёнка, ты нам нужна.
На глазах навернулись слёзы. Я очень скучаю по ним. Но знаю, что родители погибли, а сестра сейчас жива. Но всё же, мне так хочется снова увидится с ними, обнять покрепче, о многом рассказать, да и спросить тоже. Вот почему? Почему реальность так жестока?! Почему именно моя семья?! Что мы такого сделали?! Вроде бы жили мирно, так почему с нами так обошлись? Столько вопросов без ответов, абсолютно пустая голова, сейчас мне настолько хреново, что хочется провалиться куда-нибудь в самые глубины.
Ладно, сейчас некогда предаваться сожалению, прошлого не вернуть слезами. Сестра постоянно мне твердила, что всё можно исправить, кроме смерти. Только благодаря её словам, я смогла пережить потерю родных, и сейчас, вспомнив эти самые слова, я взяла себя в руки и привела мысли в порядок. Вытерев глаза рукой, я замахнулась на них осколком.
— Вы не моя семья!
Они пропали, и картина с овцами была разрезана, из неё полилась кровь. Наполнив ею бутылочку, я стала ждать, что будет дальше. На сей раз дым меня перенёс в темноту со свечами и звуками органа. Не очень любила этот инструмент, но и не ненавидела, скорее была нейтральна к нему. Но долго мне ходить не пришлось, поскольку я шла всё время прямо и наткнулась на большую дверь, за которой был коридор, но без свечей. И вот в конце оказался мини-орган, который сам играет музыку, на нём вместо нот стояла картинка с ангелом. На стойке опять книга. Я уже если честно задолбалась, как долго это будет продолжаться? Мне кажется, что глава специально тянет время, чтоб я не успела помочь Заку.
«Какова твоя исповедь?
Истинно ли ты желаешь обрести спасение?
Можешь ли ты донести до Бога грехи, призвав их?
Но первым перво то, что не видишь ты порочного сердца.
Коль ищешь ты спасения, так покажи здесь, что такое грех.»
Да нет у меня никаких грехов! Мне кажется, вы слишком марихуанной с панэолусом обкурились. О’кей, у меня есть только бутылка с кровью, а значит…
Я вылила её на ангела, но орган не прекратил играть, а только усилил звук. Серьёзно, сейчас уши полопаются! Я руками заткнула уши, но звук ударил по ним так, что голова сейчас взорвётся.
Меня снова окутал дым, но за пару секунд пропал, а орган затих. Разжав уши, я выдохнула с большим облегчением.
— Наконец-то тишина…
Но я рано расслабилась. За спиной раздались шаги, и я резко встала обернувшись. Высокий бледный черноволосый мужчина с зализанными волосами, в фиолетовом плаще, с книгой в руке и крестом на шее. И, кажись, слепой, потому что не видно зрачков. Стрёмный он какой-то, на вампира похож, если издалека смотреть. Да что там издалека, он и вблизи похож на дракулу, только без клыков, но заострённые уши имеются.
Неожиданно он заговорил.
— Отвечай, кто ты такая?
Это было грубо с его стороны. Голос тот же, что я слышала недавно, значит, это был всё-таки он.
— Почему не открываешь рот?
— Хочу спросить то же самое у вас. Кто вы? — я по его одеяниям знала кто он, но лучше перестраховаться.
— Я — отец-настоятель в этой церкви, а зовут меня Грей.
— Рэн Сандерс, я, так полагаю, вы — глава этого этажа? — поинтересовалась я, попутно осматривая зал.
— Воистину так, конечно, для тебя я — местный житель.
Я начала медленно отходить назад, пока не ударилась об орган. Какой-то он не просто стрёмный, а даже очень странный что ли. Дядь, ты слишком подозрительный, лучше держись на расстоянии.
— Нет нужды так пугаться. Я ещё не рассудил, что ты за человек. А раз я пока не понял кто ты такая, потому и не стану в слепую тебя судить.
— Прям облегчение, «спасибо».
В ответ он как-то подозрительно на меня уставился.
— Что ты здесь делаешь?
— Я ищу хоть какое-нибудь лекарство, желательно с кровоостанавливающим.
— Хм, кровоостанавливающие… — он ненадолго задумался. — и нужно оно Заку, я ведь прав? — должна сказать его ответ меня весьма ошарашил.
— Откуда вы…
