Конечно, расстояния для глаза и для ног разнились значительно. Мне показалось вначале, что идти километра два – два с половиной. А вот ноги, меряя расстояние по пересечённой местности, увеличили его практически вдвое. Мешали идти трухлявые стволы павших деревьев, подлесок, кусты, ямы, камни и вымоины. И как только ночью двигался я по этому лесу свободно и легко? Или мне сейчас не повезло нарваться на последствия бурелома?
Зато повезло в другом плане. Уже оказавшись у самой подошвы нужного холма, я наткнулся на узкую, но вполне качественную асфальтовую дорогу, словно прорубленную в гуще стоящих по бокам деревьев. Выйдя на неё, пару минут пытался сообразить, в какую сторону двинуться. Восходить на холм сразу как-то расхотелось. Как говорится, лучше хорошо идти, чем душевно карабкаться.
Мои сомнения разрешил звук мощного мотора, приближающийся с левой стороны. Кажется, грузовик… Или автобус?… Нет, всё-таки грузовик, огромный, напоминающий наш древний «КрАЗ», с далеко выступающим вперёд моторным отсеком. Да и по ширине он занял гораздо больше чем половину дороги. В длинном бортовом кузове виднелась станина для перевозки стекла большого формата. Или не стекла? А гипсокартона, к примеру? Но в любом случае следовало определиться на местности, так что руку я поднял без всякого сомнения. Правда, благоразумно сошёл с асфальта, прижавшись ближе к деревьям. Ведь такая рычащая махина сметёт любою преграду с дороги и не заметит.
Зато водитель заметил. Остановился. Открыл дверь с моей стороны. Скривился, рассматривая меня от пояса и выше. Удивился куртке, притороченной по верху ранца, и задал наводящий вопрос:
– Путешествуешь?
Из чего мною сделался вывод, что и такие тут личности встречаются. Так что я согласно кивнул:
– Прогуливался по лесу. Только уже часа два плутаю, не могу выйти правильно на Благоярск.
– Хе! Далеко же ты забрался! – ухмыльнулся водитель. – Так тебе подсказать надо или подвезти?
– Лучше бы подвезти…
– А расплачиваться чем будешь? – последовал шкурный вопрос.
– Да есть у меня доли! – я показал банкноту в десять единиц. Хоть немного и резанула меня по сознанию явная меркантильность водителя, но, может, здесь так принято? Хотя пример того же Братася доказывал обратное. Но если надо заплатить, крутить носом не стану, лишь бы денег хватило. Гораздо важней для меня быстрей добраться в город.
Ну и водитель привередничать не стал, видимо, червонца ему хватало:
– Тогда влезай в кабину!
Ждать два раза приглашения я не стал. Уселся в кабине, рюкзак устроил между ног на пол и сразу постарался расположить к себе водителя сердечной улыбкой:
– Меня Слав зовут.
И стал с интересом осматриваться внутри кабины, да и на самого водителя обратил более пристальное внимание. Потому как поражали его одеяния, особенное выражение на лице и некоторые детали рядом с ним. Меня удивил его дорогой костюм из качественного материала. Брюки плюс жилетка. А вот пиджак висел на плечиках, сзади сиденья. Шикарный галстук тёмно-вишнёвого цвета, заколка с бриллиантом. Из карманчика жилетки свисает золотая цепочка, однозначно имеющая на своём конце часы-луковицу. На пальцах рук несколько колец, три из них тоже с драгоценными камнями. И последний нюанс: на панели у самого стекла лежала короткая шпага в богато изукрашенных ножнах. На самой рукояти тоже какой-то полудрагоценный камень отсвечивал. То есть по всем понятиям такого человека не должно интересовать крохоборство над путниками стоимостью в десять долей.
И хоть я продолжал натянуто улыбаться, сомнения терзали мою душу:
«Таких водителей не бывает! – ну да, логика и в другом мире меня вроде как особо не подводила. – Или это какой-то богатый буржуй, укравший чужой грузовик, или идёт какой-то розыгрыш. Например, хочет появиться на дне рождения своего друга на таком вот рычащем тарантасе. Варианты со „скрытой камерой“ и „сам себе режиссёр“ откидываю сразу. Хотя… вполне может быть и на человеке некая иллюзия? И мне это только кажется? Нет?…»
Тогда как мой очередной благодетель представляться не спешил. Наоборот, стал хмурым и недовольным, словно я ему заранее не заплатил и нагрубил вдобавок. Из его голоса тоже исчез любой намёк на приветливость:
– Чего рассматриваешь, словно павлина в аквариуме?
– Да вот диву даюсь, – пришлось признаваться, – рабочая одежда не соответствует рабочему месту.
– Много ты понимаешь! – фыркнул водитель, но тут же печально выдохнул и чуточку сменил тон: – Или тоже умеешь управлять таким грузовиком?
– Легко. Что здесь уметь-то? – припомнил я свою прошлую молодость. – И на больших поездить довелось.
– Вона как, – послышалась в тоне водителя озадаченность вкупе с повышенным интересом. – Сам-то где работаешь? Или где учишься?
И что мне следовало отвечать, чтобы сразу не палиться со своим незнанием здешней жизни? Только и смог пробормотать, имея в виду местный Голливуд:
– На городской студии… Помощником декоратора… Только устроился.
– А-а-а, значит, на местных киношников батрачить решил… И что, нравится?
– Пока нравится, – последовал мой уверенный ответ. – Иллюзии всякие, фикси как живой…
