Она рассказал о том, как Ариэль попал к ней в дом, как она поняла, что он не обычный человек и не робот, как узнала, что за созданием клонов стоял её собственный муж Карл, как захотела помочь бедным юношам обрести свободу и найти своё место в жизни. За этим следовала история похищения. Гели сознательно выпустила моменты, которые могли навести зрителя на мысль, что, когда они прибыли на станцию, дамы были ещё здесь. Но эмоциональность изложения полностью отвлекала внимание от мелких нестыковок. А когда Гели заговорила про найденных здесь малых деток, обречённых на уничтожение, у неё из глаз сами собой хлынули слёзы.
Как раз вышло время, отведенное на запись программы. Ариана махнула рукой Элю, чтобы перестал снимать, а сама показала сестре большой палец: отлично! Супер! И тут же, безо всякой правки, перекинула снятый материал Филу. Дальше пусть сам возится. Портить исповедь Гелены он не станет, профессионал. В этом вопросе она полностью ему доверяла.
Гели же ощущала себя выпитой до дна. У неё еле-еле хватало сил не сверзиться с высокого барного стула. Хорошо, что Ариэль бросил камеру и тут же подскочил к ней.
— Гели, Гели, дорогая, не падай, подожди немного. Сейчас я тебя отведу в каюту.
Она кивнула ему, подтверждая, что услышала, а сама продолжала плакать. Слёзы лились и лились, как будто в организме внезапно открылся родник.
Когда через несколько часов Гелена проснулась в собственной постели, то удивилась, что лежит на мокрой наволочке.
Ариэль притащил ей завтрак в постель и стал уговаривать отдохнуть ещё пару часиков.
— Я так жутко выгляжу? — поинтересовалась Гели.
— Нет, — смутился Эль, — Ты всё равно милая и для меня лучше всех. Но обычно ты выглядишь не такой заморенной.
Потом, видно, вспомнил и добавил:
— Ариана просила передать, что передача начнётся через три часа. Фил Найли смотрел материал и сказал, что это бомба. Он ожидает, что она просто взорвёт медиапространство Содружества. Вот поэтому я и прошу тебя пока отдохнуть. Потому что потом не удастся.
Гели посмотрела в полные нежности и заботы глаза своего возлюбленного. Ариэль был прав: после передачи ей придётся наконец включить свой комм на приём и поговорить со всеми, кто этого захочет. Это будет второй шаг в их опасной игре. До сих пор она не позволяла никому до себя достучаться, чтобы не выдать раньше времени, но теперь, когда она сама заявила о себе во всеуслышание… Нужно будет подтвердить всем знакомым, что это правда. И кстати, дать братьям материал и возможность для иска к правительству, если вдруг они захотят и решатся.
Поэтому Гели благодарно кивнула Элю и согласилась с его доводами. Да, сейчас она перекусит, а потом ещё вздремнёт. Пусть он будит её, когда начнётся передача. Если учесть, что, несмотря на мощные ретрансляторы по всей галактике, вещание с Тариатана здесь, в районе Понгомы запаздывало по времени часа на два, у неё ещё есть время до начала гонки.
Гели боялась, что не заснёт вторично, но организм сам знал, что нужно хозяйке. Не успела она допить ту бурду, которую на станции выдавали за кофе, как провалилась в сон и проснулась только от того, что Ариэль тряс её за плечо и ласково уговаривал, что уже пора.
Оказывается, она чуть не проспала передачу Фила. Ариэль включил трансляцию прямо в каюте и Гели одевалась и умывалась под собственный голос, с драматическим придыханием рассказывающий о нелёгкой судьбе клонов. Слушать себя в записи было чистым мучением: голос казался чужим и неестественным, интонации фальшивыми и вообще всё — ужасным. Уши горели от стыда. Она напрасно согласилась на этот душевный стриптиз, который сейчас смотрит вся галактика. Гелену удивляло, что Эль смотрит на экран без отвращения, наоборот, с воодушевлением. Неужели этот полный провал ему может нравиться?
Ближе к концу передачи в каюту залетела Ариана и бросилась к сестре обниматься.
— Гели, это успех! Ты великолепна! Такая проникновенность, такая достоверность чувств! А Фил просто гений! Так отлично смонтировал, что ни у кого не возникнет подозрений, что это запись, а заодно подчистил все лишние подробности.
— Лишние? — удивился Ариэль, — Мне казалось, что в подробностях вся сила.
Ари рассмеялась, вскочила и вдруг провернулась на одной ножке, как девчонка.
— Ты прав, малыш, — пропела она, — Но не знаешь одного: подробности надо правильно дозировать. Не вываливать все сразу, а постепенно уточнять, тогда интерес к твоей новости можно подогревать сколь угодно долго. Гели на эмоциях выдала всё, что копилось в сердце, и понятно, что кое-что оказалось лишним. Фил это благоразумно убрал. Оно ещё сыграет, но позже.
— А я не почувствовал, что он вырезал какие-то реплики, — отметил удивлённый Ариэль, — всё шло слитно, на одном дыхании. Хотя сейчас, когда вы сказали, припоминаю: были фразы, которые так и просили уточнения, а в передаче их не прозвучало.
— Оценил? — мурлыкнула Ариана и снова обратилась к сестре:
— Гели, включай уже свой комм, сейчас пойдут звонки. Мы не можем отсидеться, играя в молчанку. Сказали “а” — надо говорить “б” и все прочие буквы алфавита.
