— Фред, но это же бред, — сказала она в рифму, — Скажи ещё “эликсир вечной жизни”! Он не мог ничего такого говорить. Калле никогда не обещал то, чего не надеялся достичь, а эликсира молодости в принципе не существует.
Марсдон неприятно усмехнулся.
— И это говоришь мне ты, ты, которая по сути его создала.
Гелена оторопела. Она никогда не рассматривала свои работы под этим углом зрения, но в сущности… Нет! Этого не может быть! В смысле: это нельзя применить в таком качестве!
Осторожно спросила:
— Что ты имеешь в виду? Я работала с растениями, даже не с животными, и уж никак не с человеком.
Фред пожал плечами.
— Я в этом мало что понимаю, но ты разработала что-то, что предотвращало ошибки считывания, так это, кажется, называется. В своё время Калле и помчался с тобой знакомиться, потому что ты подошла к решению этой проблемы гораздо ближе, чем он. Потом он на тебе женился и был страшно горд, что заполучил тебя вместе с твоей головой и всеми умными мыслями в полное своё владение.
Хорошо, что Гелена сидела, а то бы она упала прямо там, где стояла. Действительно, надо было обладать гением Карла Йенссона чтобы в простенькой работе, посвящённой стабилизации признаков сорта кабачков методом генной инженерии, увидеть нечто большее и умудриться применить там, где сама исследовательница и не планировала. То-то когда Гели пришла аспиранткой к Калле в лабораторию, он настаивал на продолжении изысканий в этом направлении. Она-то уже давно потеряла интерес к этой теме, увлечённая совсем другим, но два года убила на механизм предотвращения ошибок считывания. Потом никогда к этому не возвращалась и совсем забыла… Тем более что никто из работавших с Калле этим вроде как не занялся и статей в журналах тоже не появлялось.
Оказывается, её разработки не пропали втуне. Калле их использовал. Как именно можно будет найти в его материалах.
Тут Фред добавил:
— Уже на базе твои исследования продолжили и модифицировали для теплокровных Беша Ойрис и Такими Ватанабэ, их работу Калле счёл успешной. Публикаций, как ты понимаешь, не было.
Эти имена попадались Гели в списках работников, так что она поверила Фреду. Но если так…
— Выходит, — она чуть было не сказала “Ариэль”, но вовремя спохватилась, — эти мальчики — вечно юные создания? А может быть и бессмертные? Не верю.
Фред покачал головой.
— Не вечно юные и не бессмертные, это верно. Но проживут они дольше нас, при этом чувствовать себя и выглядеть будут так, что молодые позавидуют. По крайней мере я так понял. Калле говорил: ошибки структуры будут устраняться, а вот ошибки функционирования останутся, никуда не денутся. Ты должна понимать лучше меня что это значит…
О да, Гелена понимала, но в голове у неё не укладывалось. Если всё так, то это означало замедление старения в несколько раз. Да, выполнив свой жизненный цикл организм рано или поздно умрёт, но практически до самого конца будет в приемлемом состоянии. Никакого рака, атеросклероза, старческой деменции… Похоже, успехи сегодняшней медицины и впрямь вытекают из работ её мужа и его тайной команды.
Голова шла кругом. Что ей теперь думать? Как совместить редкостное бездушие и ничем не оправданную жестокость с великой пользой для всего человечества? Но Гелена бы не была Ригел, если бы зацикливалась на решении этических проблем. Перед ней стояли более животрепещущие вопросы.
— Я всё поняла, Фред. Мой покойный муж разрабатывал уникальные методики и именно для этого создал целую армию детей-клонов. Кстати, кроме мальчиков были ещё девочки…
— Давай не будем об этом, Гели, — сморщился Марсдон, — Проект “Омега” оказался на редкость неитересным в научном плане, зато хорошо окупился. Если ты нашла архивы Калле, то там есть про это. Когда пришлось срочно закрывать проект, девчонок оставалось около семидесяти и всех их удалось пристроить на независимые планеты. Не задаром, разумеется. Думаю, они не пропали: красотки хоть куда, к тому же у каждой какая-нибудь особенность.
Гели очень хотелось послушать про особенности девочек, так как она подозревала, что с мальчиками та же петрушка, но это отвлекало от главного.
— Ладно, про девчонок я зря спросила. Объясни мне то, чего я не могу понять. Почему ты пытался подослать сюда наёмного убийцу Густава Кюнха и почему устроил нападение на поместье Арианы? Зачем ты хотел убить этих несчастных мальчиков?
— Несчастных мальчиков? — хохотнул Фред и тут же сменил тон, увидев, как блеснули сталью глаза Гелены, — Да этот Арианин любовничек кто угодно, только не бедный. Здоровяк и красавец в духе твоего покойного супруга. Я ни капли не удивился, когда узнал, кого она выбрала: недаром Ари на Калле всегда облизывалась.
Кажется, он забыл, что Гелену никогда не рекомендовалось злить. Ариана в таких случаях обычно долго орала, но была существом отходчивым. А вот спокойная, разумная Гелена могла так отомстить, что никому мало бы не показалось. Сейчас её слова дышали арктическим холодом:
— Мы обсуждаем сейчас не физические достоинства любовника моей сестры, а более важные вопросы. Ответь мне, пожалуйста, Фред!
