Решив круто изменить свою судьбу после развода, выпускница военной академии Алексис Пейдж становится телохранителем крупного бизнесмена Джареда Темплтона, постоянно получающего письма с угрозами.Оба — Алекс и Джаред — обладают сильными, независимыми характерами, их тянет друг к другу, но они сопротивляются влечению, не желая давать волю чувствам…Такая ситуация неминуемо ведет к бурной развязке!
Под высоким, выложенным кафельной плиткой куполом, накрывавшим бассейн, достойный даже олимпийских состязаний, было пусто — если не считать единственного пловца. Звуки, которые издавало рассекающее воду тело, гулко отдавались в пустынном зале. Прожектора бассейна — единственное освещение просторного помещения — высвечивали в ярко-голубой воде пловца.
Это был крупный, хорошо натренированный мужчина. Пловец легко проплывал дорожку, касался бортика, ловко поворачивал и снова плыл дальше. Каждое движение было отточенным и четким. Несколько минут спустя его сильные пальцы ухватились за бортик, и мускулистые руки рывком выбросили пловца из воды.
Он взял большое белое полотенце с шезлонга и промокнул живот, а потом провел полотенцем по широкой груди с редкими завитками темных волос. Потом полотенце опустилось к длинным ногам, тоже покрытым темным пушком. Его зеленые глаза не поднялись на стук каблучков, звонко простучавших по кафельному полу. Ему не надо было поворачиваться, чтобы узнать, кто идет.
Она была высокой — сто семьдесят два сантиметра, как было написано в ее личном деле, и ее очень стройное тело было облечено в синюю юбку и жакет, под которым была надета белая крепдешиновая блузка. Темно-каштановые волосы были уложены на макушке в аккуратный узел, отчего еще заметнее стали нежная линия ее шеи и светло-зеленые глаза.
— Все собрались в конференц-зале, мистер Темплтон.
Ее глуховатый чувственный голос эхом разнесся по пустому помещению.
Джаред Темплтон медленно повернулся, небрежно набросив полотенце себе на плечи. Поза его говорила о полном спокойствии, которое с точки зрения подошедшей было несколько неуместным. Она не могла не заметить, что на нем были надеты минимальнейшие синие плавки — если они и прикрывали его мужское достоинство, то никоим образом его не скрывали!
— И нетерпеливо ждут моего появления, надо полагать, — заметил он суховато, приглаживая мокрые волосы пальцами. — Ну что ж, я их не разочарую. Скажите Крису, что я приду через двадцать минут. Прессе полезно подождать еще немного, прежде чем получить свои новости.
Женщина наклонила голову и направилась к выходу из бассейна. Ее шаги затихли в отдалении. Джаред не стал спешить за ней следом. У него не было никаких сомнений в том, что она не выполнит его указаний.
Женщина спустилась на лифте на два этажа и очутилась в шикарной приемной, расположенной перед кабинетами администрации. Коротко улыбнувшись секретарше, сидевшей за антикварным французским письменным столом, она прошла в дверь, находящуюся немного левее.
Сидевший за письменным столом мужчина во время учебы в университете считался ими образцом американского мужчины и сейчас, спустя десять лет, по-прежнему сохранил прекрасную спортивную форму. Когда женщина опустилась в кресло напротив него, он только вопросительно приподнял бровь.
— Дай-ка подумать… — Она задумчиво нахмурилась, сложив вместе кончики пальцев. — Мне заказать столик в «Ма Мезон» или, может…
— Неужели опять? — застонал он, отчаянно морщась, и откинулся на спинку кресла, закрыв лицо руками. — Ты уверена, что вы двое не сговорились меня разорить? Если так пойдет и дальше, ты станешь толстушкой, а в твоем возрасте это не годится, знаешь ли, — поддразнил он ее, озорно сверкая глазами.
Она поморщилась напоминанию о том, что для нее так называемые беззаботные годы до тридцати уже позади.
— Крис, а ты ведь садист, — добродушно упрекнула она его. — Если честно, то он сказал, что спустится через двадцать минут.
Крис взглянул на часы и встал, поправляя узел галстука.
— Ну что, миледи, пойдем на растерзание толпы?
Огромный конференц-зал, предназначенный для встреч вроде сегодняшней, был до отказа набит корреспондентами и телерепортерами. Видеокамеры всех программ новостей сражались за самый удачный ракурс показа одного из самых выдающихся деловых людей этого десятилетия. Все громко и беспорядочно переговаривались, пока боковая дверь не открылась и оттуда к возвышению с микрофонами не направились трое.
Мужчину, которого собравшиеся так рвались услышать, с двух сторон сопровождали мускулистый Крис и темноволосая женщина. Ее аристократические черты лица походили на бесстрастную скульптурную маску.
— Алекс Пейдж, — пробормотал корреспондент одного из крупных финансовых еженедельников, обращаясь к своему соседу.
— Кто из них?
— Вон та, с великолепными ногами. Ее полное имя Алексис. — Он ухмыльнулся, оценивающе разглядывая высокую стройную женщину. — Она телохранитель Темплтона.
— Что?!
Его собеседника это известие явно поразило.
