Когда я встала, не без помощи Рея, я снова очутилась в его крепких объятиях. Черепашьим шагом мы вышли со школьного двора. Я вдруг подумала, что не сумею дойти до дома — я просто умру по дороге. Словно читая мои мысли, Рей сказал:
— Мы поедем на автобусе.
— Угу, — только и смогла выдавить я, выражая согласие.
До остановки было сравнительно недалеко, даже дорогу переходить не нужно было, но этот путь показался мне настоящей каторгой. Вместо обычных двух минут мы шли до остановки целую вечность. Вечность, которая при каждом шаге ударяла тяжелым молотом по голове.
— Может, присядешь? — спросил меня Рей, когда мы, наконец, добрались до остановки.
Я слегка качнула головой. Мне не хотелось садиться. Мне хотелось лечь и уснуть. Желательно надолго, и чтобы, когда я проснулась, все вокруг стало не таким ослепительно белым, чтобы боль ушла.
Я положила голову Рею на плечо и прикрыла глаза. Так было немного легче. Я была бесконечно благодарна Рею за то, что его плечо было сейчас рядом.
Подъехал автобус, мы вошли и устроились на задней площадке в углу у окна. Рей повернул меня лицом к себе и крепко обнял, я зарылась носом в теплый свитер под распахнутой курткой. Тонкий аромат мужской туалетной воды кружил мне голову. Ноги дрожали от слабости, но Рей не давал мне свалиться. Наверное, со стороны мы смотрелись как влюбленная парочка. Хотя я же не знаю, что было на лице у Рея. Я могу с уверенностью сказать, что я уж точно смахивала на романтичную дурочку, желающую скрыться в объятиях своего парня. Каждый раз, когда автобус делал резкий вираж или подскакивал на ухабе, каждый раз, когда автобус притормаживал на остановке или трогался, мне хотелось выть от боли. Я крепко сжимала зубы и терпела. Только слезы непроизвольно скатывались из-под прикрытых век, но с ними я ничего не могла поделать.
— Потерпи немного, — словно почувствовав мое состояние, прошептал мне на ухо Рей. — Освободится место, и мы сядем.
— Угу, — все, что могла сказать я.
Рей легонько погладил мне спину между лопатками — боль немного притупилась, почти ушла. Спустя какое-то время Рей легонько подтолкнул меня.
— Место освободилось, давай сядем? — сказал он.
И мы сели. Я положила голову ему на плечо, а он приобнял меня правой рукой. Я не спала, но и открыть глаза не могла. Я стала заложником ужасной головной боли, и единственной моей связью с миром стал Рей. Когда он начал осторожно подниматься с сиденья, я поняла, что пора выходить. Выйти из автобуса оказалось гораздо сложнее, чем войти. Ноги подкашивались, голова кружилась, глаза слепил болезненно яркий свет, молотом стучало в висках сердце. Вдобавок ко всему прибавилась сильная тошнота. Я попыталась глубоко подышать, чтобы справиться с приступом тошноты. Через несколько вдохов, я поняла, что ничего не выходит, и меня сейчас вырвет. Я лишь успела отвернуться от тропинки, и это произошло…
Я никогда в жизни не чувствовала такого унижения. Это было отвратительно, я готова была провалиться сквозь землю, лишь бы никто не видел меня сейчас. Рея, как и следовало ожидать, рядом уже не было. Что ж, рыцарство продлилось недолго. Я зачерпнула рукой немного снега и протерла лицо. Мерзкий привкус во рту усиливал ощущение тошноты. С большим сомнением я смотрела на снег, раздумывая, не съесть ли немного.
— Возьми, прополощи рот, — перед глазами у меня оказалась бутылка минералки, протянутая Реем.
Дрожащими, непослушными руками, я попыталась отвинтить крышку.
— Извини, — Рей забрал у меня из рук бутылку и отпечатал ее.
Послышался характерный хлопок, и по воде побежали пузырьки углекислого газа.
— Негазированной не было, — прокомментировал Рей, возвращая бутылку.
— Спасибо.
Рей оказался благороднее, чем я предполагала. Щурясь от яркого света, я принялась разглядывать провожатого. Он стоял напротив, и на плече у него болтались два рюкзака — один из них мой. Я совершенно забыла о его существовании. А Рей нес его за меня все это время.
Сфокусировавшись на лице Рея, я вдруг заметила ссадину на его правой щеке.
— Это что? — дрожащим голосом спросила я.
— Ты про фингал? — насмешливо уточнил он.
— К-какой? — я повнимательнее присмотрелась к его лицу, и заметила, что правый глаз оказался подбитым.
Рей улыбнулся, и безразлично махнул рукой.
— Шальная пуля, — пошутил он.
— В тебя тоже зарядили снежком?
— Что-то типа того, — уклончиво ответил он, и продолжил более серьезным тоном. — Твои родители сейчас на работе?
Я отрицательно покачала головой.
— Дома?
— У меня только бабушка, — не вдаваясь в подробности, пояснила я. — Она на дежурстве.
— Когда вернется?
— Завтра, после восьми.
— Звони ей, — он потянул мне свой мобильный телефон.
Я вытащила из кармана свой и набрала бабушкин номер. Еще до того, как я успела приложить его к уху, Рей выхватил у меня мобилку из рук. Он сделал несколько шагов в сторону и отвернулся. Спустя какое-то время, вероятно после того, как бабушка взяла трубку, он заговорит уверенным и довольно официальным голосом.
