— Кристиана, вы получаете в подарок вторую часть фирмы «Лау», кроме парфюмерной фабрики, и становитесь полноправной хозяйкой швейной фабрики, трех магазинов и журнала «Лау», — заметив ее смятение, он мягко пообещал: — Я все объясню позднее.
Очередным в руках адвоката стал синий конверт и вскрыв его, он торжественно огласил:
— Алан Макбрайд получает авторские права на две части игры «Пираты», — поверх стильных очков он бросил на него внимательный взгляд и продолжил: — Миледи заявила эту фамилию, сэр, но оставила распоряжение, что она может быть исправлена на любую другую, какую вы назовете.
Алан выслушал новость с непроницаемым лицом и Краев облегченно вздохнув, объявил последний подарок, извлекая его из серебристого конверта.
— Ну, а вам, сэр, дарят ваши акции, — он протянул Антэну пачку документов. — Как видите, на них не заявлено право собственности и они возвращаются к вам в своем первоначальном виде. Считайте, что они просто полежали в соседнем сейфе.
Антэн взял из рук Краева сертификаты акций, похищенные его собственным сыном из семейной банковской ячейки и быстро пролистал их. Лаки вернула их все.
— Но почему на них не было заявлено право собственности? Для чего тогда их покупали? Как я понял, моей дочери несвойственно бросать деньги на ветер. И зачем Лаки передает их обратно, ведь я неоднократно говорил, что очень рад быть ее партнером? К тому же, она заплатила за них некую сумму, кстати, хочу выяснить у вас, какую именно, и вернуть ей. А акции подарю ей сам.
Он огорчился, расценивая жест дочери, как нежелание иметь с ним совместный бизнес. Эту весьма неприятную мысль за него озвучила Кристиана.
— У меня такое ощущение, Антэн, что Лаки не хочет иметь ничего общего с нами, — тихо произнесла она.
Краев не успел ответить. В гостиную вошла экономка с подносом, на котором стояло угощение для гостя. Расставив все на маленьком столике перед ним и передав Кристиане чайник со свежим чаем, она с достоинством удалилась. А Божидар, с удовольствием сделав несколько глотков великолепного чая, начал давать обещанные объяснения.
— Меня попросили ответить на все ваши вопросы, но вначале я расскажу сам. И начну с маленькой предыстории. Это было семь лет назад, — Краев грустно усмехнулся, вспоминая то время. — Мне двадцать восемь лет и я — безработный, так как небольшая адвокатская контора, где я служил помощником адвоката, закрылась в связи со смертью ее владельца. Моя жена два месяца, как родила сына, и врачи определили у него болезнь сердца. Жизнь казалась законченной — ни работы, ни денег, на руках еще неокрепшая жена и больной ребенок. Нам пришлось съехать со съемной квартиры и вернуться в дом моих родителей, где, кроме них, еще жили брат и сестра. Я не знал, что мне делать. Никто не хотел брать на работу юриста — выходца из бедной эмигрантской болгарской семьи, к тому же не имевшего солидного опыта работы. И однажды, когда от отчаяния я уже пал духом, ко мне пришло спасение. Мой приятель Джед предложил немного заработать. Мы росли по соседству. Вернее, я видел его только на каникулах, он учился в закрытой школе, и на каникулы приезжал к бабушке, жившей с нами в одном многоквартирном доме. Я — иностранец, он — сирота, мы оба не пользовались популярностью в своем районе, и поэтому всегда держались друг друга. Его предложение пришлось, как нельзя, кстати, я готов был уже душу продать, чтобы найти деньги на операцию для сына. Но ничего продавать не пришлось. Джед предложил мне сделать несколько ставок на тотализаторе, за это мне давали десять процентов с выигрыша. Конечно, заработок был весьма сомнительный, никто ведь не гарантировал выигрыш, и все это попахивало каким-то мошенничеством, но бедным не до гордости, тем более что ставить я должен был всего около трех тысяч на строго оговоренные позиции, другие три тысячи должен был поставить Джед.
Мы обошли немногочисленные в те годы букмекерские конторы Дублина и растолкали шесть тысяч на самые разные ставки, совсем не связанные между собой, так сказать, от «фонаря». Это потом я понял, что мы работали по тщательно составленной схеме, чтобы ни у кого не возникло сомнений в том, что два бездельника решили легко заработать, но толком не знают, как именно, и действуют наудачу. В первый раз число ставок сыграло пятьдесят на пятьдесят, то есть три тысячи проиграли, зато выиграли пятнадцать на самых невероятных предложениях. Я заработал полторы тысячи, и на вопрос Джеда о моем участии в дальнейшем ответил согласием. Мы провернули подобное дельце раз двадцать, и чтобы не засветиться, объездили всю Ирландию, пару раз я привлекал еще отца и брата.
Но, конечно, оставался риск, что рано или поздно нас могут взять за шкирку, заподозрив в крупной афере, хотя, надо отдать должное тому, кто все это запустил в ход, сработано было добротно, сразу и не подкопаешься. Проигрыши чередовались с выигрышами, но если бы кто-то заинтересовался нами, то быстро установил бы, что они составляли не более пяти процентов от суммы выигрыша.
