Его я снова не раз вспомнил, поднимаясь в зал заседаний Совета. Счет же на минуты пошел, а я чего-то подустал сегодня от зигзагов.
На заседаниях Верховного Совета я всего пару раз присутствовал — когда на земле глобальные встряски случались и верхам требовалась детальная оценка ситуации силовым блоком — и всегда без особого удовольствия. Они же, согласно статусу, на самом верху заседали — я бы даже сказал: на супер-самом верху. Даже последний лестничный пролет к нему был перекрыт такой массивной дверью, что у меня вечно мысль о бункере мелькала. И открывалась она не сразу — похоже, там система распознания посетителей была.
Если бы я тогда знал, что на этом последнем для беспрепятственного доступа этаже, прямо рядом с этой дверью, вход к аналитикам находится! У них всегда так тихо было, что я был уверен, что на этом этаже та самая служба распознавания расположилась. Или их там тогда еще не было? Главный хранитель говорил, что их отдел относительно недавно сформирован. Интересное кино — недавно и в шаговом доступе к высшему звену …
А вот мне в нем отказали — дверь не открывалась. Не понял — меня, что, не узнали? Я покрутил головой во все стороны — леший их разберет, откуда меня рассматривают. Или уже не рассматривают? Уже отзаседались, что ли?
Если новый отдел утвердили, если в него ввели только Макса и Татьяниного скакуна, если я туда не попал только потому, что не успел … Голова привычно заработала над запасным вариантом. У скакуна вполне может очередной нервный срыв случиться — это никого не удивит, придется искать ему замену — целый отдел не будет простаивать из-за одного выбывшего, и я точно знаю, где найти самую достойную.
Перспектива была заманчивая, но уже ставшая моей второй натурой привычка проверять все факты оказалась сильнее.
— К руководству. С докладом. По последнему ЧП, — коротко отчеканил я, вызвав центральный узел связи.
— Ваш запрос будет пере … — зацокало у меня в голове.
— Поменьше текста, — оборвал я уж слишком разросшуюся у нас словесную мишуру. — Передавайте. И добавьте, что срочно. Крайне.
Вот опять не понял — мне послышалось фырканье? А нет, это в двери что-то клацнуло. Ладно, пусть поживет пока оператор, но вопрос создания альтернативной мысленной сети начинает приобретать особое значение.
Нашел я Верховный Совет там, где они всегда собирались — в просторном, на пол-этажа, как минимум, зале с длинным столом в самом его центре. Кроме этого стола с чинно выстроившимися вдоль него креслами, в зале ничего больше не было — разве что еще картины на стенах висели. Толком разглядеть их мне ни разу не удалось, но осталось общее впечатление о баталиях — и определенно не земных. Часть персонажей на картинах явно изображали ангелов — причем в праведном гневе, но на лицах их противников не было ни трепета, ни преклонения — причем и в схватке, и после несомненного поражения.
Картины были огромными и уходили под потолок зала, который был намного выше, чем на других этажах. Как по мне, повесили их глупо — смотреть на них можно было, только голову закинув, а здесь, надо понимать, не глазеть по сторонам собирались. Хотя эта мысль возникала у меня, только когда я выходил из зала. Сейчас же, стоя под этими огромными, нависающими надо мной фигурами, я снова почувствовал себя мелким и незначительным в сравнении с ними. И снова с пол-оборота взвился.
Хоть убейте, не пойму — вызванных на ковер, может, и нужно сразу нагнуть, но вызывают их в редчайших случаях, а самим верхам с какого перепуга нужно смирение в себя кувалдой вбивать?
На сей раз они собрались в полном составе — все семеро. Один — во главе стола и все на том же идиотски-несуразном постаменте: со спинкой, на добрый метр над его головой торчащей, и такими широченными подлокотниками, что на них прилечь поспать можно было. Если бы они не были резьбой, как шипами, покрыты.
Я так понимал, что это был глава Совета, но он всегда молчал — по крайней мере, в моем присутствии. Остальные расселись по трое с обеих сторон от него и чуть развернувшись в его сторону. Толковое расположение — так они у главы, как на ладони, даже если между собой захотят словом перекинуться или в мою сторону оглянуться. Я сам так своих орлов под прицелом держу на совещаниях, чтобы они друг друга втихаря не пинали. В наших верхах тоже, что ли, исподтишка врезать могут? Я бы от греха через кресло рассадил …
Стоп. Я впервые по-настоящему обратил внимание на количество этих кресел. Это зачем их столько? Это, что, не полный состав? А остальные кто? Интересное кино. По словам темного мыслителя, это наши им предложили совместно землю на уши поставить. Что-то я сомневаюсь, что разговор был по официальному каналу связи. И в логово темных, как я уже понял, ни просто так, ни скрытно не зайдешь. А вот выход из него, как выяснилось, на любой уровень имеется — как и из нашей штаб-квартиры. Это что — переговоры прямо здесь велись? Темные уже в нашем Верховном Совете заседают?
— Вас вызывали. Дважды, — прервал мои крайне неприятные выводы голос с правого фланга.
