И там он вдруг заметил, что струйки мельчайших частиц, только что составлявших животный, не устремляются вверх, а в каком-то месте изгибаются и движутся к нему. Нет, ему за спину, в заросли, где снова опускаются к земле.
Ринувшись туда, он увидел целую группу из башни Второго — судя по явно незнакомым ему лицам. Они стояли вокруг какой-то пузатой емкости, в верхней части которой располагалась воронка. Втягивающая в себя струйки все еще мерцающих частиц.
— Что вы делаете?! — не сдержался на сей раз Первый.
— А тебе что за дело? — повернувшись к нему, пренебрежительно бросил один из группы.
Первый глянул вниз — оказалось, что он материализовался в своем новом облике.
— Ну … интересно, — взял он себя в руки, изобразив праздное любопытство.
— Темным отныне велено распылять всех недостойных, — раздувшись от важности, снизошел до ответа вожак группы. — А мы эту исходную субстанцию собираем. Чтобы она опять в негодную форму не сбилась. И чтобы наших посланцев в тот бесноватый мир кормить — там, говорят, пища любого ангела отравить может. А тут продукт здоровый, очищенный — не пропадать же впустую!
Все остальные в группе дружно заржали. Кроме одного. Он покосился на стоящих рядом, и на лице его промелькнуло отвращение — но он тут же опустил глаза и замер с непроницаемым видом.
Первый бросил взгляд в сторону аннигилятора, хорошо различимого в просвете деревьев. Управлявшая им фигура уже выпрямилась — и Первый узнал своего бывшего помощника.
— Направляй его сюда! — заорал он ему мысленно, подпрыгивая и хлопая над головой в ладоши, словно в восхищении от услышанного от вожака группы Второго. — Сноси здесь все! Плевать, что и меня вместе с ними!
Его бывший помощник повернул к нему голову и тут же дал знак другим, стоящим в стороне, поднимать аннигилятор и нести его в башню.
— Ну все, мы пошли, — бросил Первому вожак группы. — Ты с нами?
— Да нет, у меня тут еще дела есть, — совершенно искренне ответил тот ему. — Так что — задержусь. Наблюдение веду — скрытное. Вы меня не видели.
Небрежно кивнув им, он тут же инвертировался. И на этот раз перенесся прямо в башню. Где тут же материализовался — в своем обычном виде.
Его бывший помощник уже спускался к себе в кабинет. Двое из его команды несли аннигилятор вверх по лестнице. Еще один, очевидно, был приставлен к ним для охраны. Увидев Первого, он дал знак остальным продолжать движение, а сам стал, прищурившись, внизу лестничного пролета, чтобы не дать ему последовать за ними.
Смерив его презрительным взглядом, Первый пошел к своему бывшему помощнику. Когда он, однако, поравнялся с охранником, тот остановил его.
— Подождите! — негромко произнес он, глянув на Первого и тут же отведя глаза. — Извините — мы не думали, что все так обернется.
Несколько минут Первый смотрел на него — пока тот снова не поднял на него глаза с промелькнувшим в них сочувствием — потом молча кивнул и пошел вниз.
Войдя в кабинет своего бывшего помощника, он подошел к его столу и также молча глянул на него сверху вниз.
В ответном взгляде того не было ничего.
— Никому не позволено уничтожать создание Творца? — тихо спросил его, наконец, Первый.
— Вы это тоже сделали, — монотонно ответил ему тот.
— Я не получу орудие уничтожение из твоих рук? — также негромко продолжил Первый.
— Вы это сделали первым, — также не изменился тон его бывшего помощника. — И за Вами наблюдали. И информация о том, что мы уничтожаем себе подобных, уже распространена везде. И нас везде называют темными. И, как темным, теперь нам положено выполнять самую темную работу.
— Вы стали темными намного раньше, — отрезал Первый. — И сегодня только подтвердили этот статус. Сегодня ты уничтожил того, с кем провел столько времени в одном помещении, за одним столом. Работая над совместным проектом, строя совместные планы, делая совместное дело.
— Вас это тоже не остановило, — вспыхнул взгляд его бывшего помощника.
— Животный был жив! — возвысил и Первый голос. — Он был изуродован, но оставался в полном сознании. До самого конца. Он даже нашел в себе силы попрощаться со мной!
— Как я уже неоднократно говорил Вам, — снова вернулся его бывший помощник к бесчувственному тону, — я не остановлюсь ни перед чем, чтобы дождаться часа расплаты. За все. Я храню все здесь, — ткнул он себя пальцем в висок, и затем прищурился. — Но как мне сообщила та башня, Вы обязались создать для нее другие, независимые хранилища памяти — и я требую, чтобы Вы создали такие же и для нас!
Несколько мгновений Первый вглядывался в него, пытаясь найти в его лице хоть проблеск сожаления, раскаяния — чего угодно — и увидел там лишь одно холодное ожидание.
— Я сделаю только одно устройство, — произнес он, наконец. — Все остальные вы сделаете сами — и для той башни, и для себя. Здесь я больше создам ничего и ни для кого.
Не дожидаясь ответа, он развернулся и ушел к себе. Только что произошло нечто такое, что дало новый толчок его размышлениям.
