– Да так и живу. Укутаюсь в одеяла, одену побольше теплых вещей. Ниночка мне принесла немного шерстяных кофт, добрая девочка, отзывчивая.
Кристина опустила голову. Она крепко прижимала щенка к груди. В глазах застыли слезы. Подняв голову, она взглянула на старушку, которая тоже смотрела отстраненно куда-то в сторону, погрузившись в водоворот боли и жалости к себе.
– Вам нужно отдохнуть и выспаться, – твердо сказала Кристина. – Поживете у нас некоторое время, а потом мы что-нибудь придумаем для вас, Надежда, не знаю как вас по батюшке.
– Николаевна я, но ты можешь называть меня Надежда.
Старушка подняла глаза. Ее изнуренный жизнью, и в тоже время изумленный взгляд был прямо направлен на женщину, у которой за плечами был не меньший груз, чем у нее. Перед ней стояла особа: с втянутыми скулами, лицом полным глубоких морщин и отрешенным, затуманенным взглядом. Она не могла принять за истину, сказанное. Вглядываясь в лицо Кристины, она пыталась увидеть в нем скрытую подоплеку. Но она видела там только бескрайнюю, щемящую пустоту. Душа Кристины была безнадежно переполнена ей.
Нина, запыхавшись, выбежала на улицу. Глаза после подземелья сразу выжгли солнечные лучи. Они беспощадно кусали слизистую оболочку, не давая ни малейшего шанса остаться без радужных кругов. Она прикрыла глаза рукой, щурясь и морщась от жгучей боли. Немного привыкнув к дневному свету, она посмотрела по сторонам, выбирая последующее направление. В левой стороне, была какая-та магистраль с магазинами и забегаловками общепита. Они располагались друг от друга на расстоянии метра, а многие и вовсе в одной имели один вход. Вывески, буквально висели внахлест. Каждый желал, что бы его вывеска пользовалась преимущество. Это была война маркетинга и конкуренции. По правой стороне шла автострада, а за ней небольшой парк и аллея с тротуарами и скамеечками. Туда и отправилась Нина. Она пошла в сторону светофора с пешеходным переходом, который находился сзади выхода метро. Ветер вздымал маленькие, дорожные вихри из пыли, развивая их резким порывом, прямо в лицо. Нина подошла к переходу, встала, как мама учила, не близко от начала дороги, и уставилась на мигающий желтый, который словно взывал: «Готовься к прыжку и-и-и… Пошёл».
Рядом встала женщина в белой шубке из кролика, а может ещё из какого зверька, в такой же белоснежной меховой шапке, в белых, выполненных, под крокодиловую кожу сапожках на высоком, тонком каблуке. Подмышкой она держала в стиль одежды белую сумочку, а непосредственно на руках маленькое дрожащее существо, что-то между крысой и собакой. Женщина высокомерно, даже брезгливо взглянула на девочку сверху вниз. Милое создание, спящее у нее на руках; в шубе, по видимому из ее же сородичей, маленьких пинетках и шапочке, дрожало от холода, смотрело по сторонам и периодически поскуливало.
– Можно ее погладить? – спросила Нина.
– Вот еще! Нет конечно, – гавкнула женщина.
Зажегся зеленый свет и она с надменным видом по цокала каблучками по скользкому пешеходному переходу. Нина осталась стоять перед дорогой, опешив от такого хамства, смотря ей вслед. Вдруг женщина поскользнулась на собственном каблуке, и полетела на обледенелую дорогу. Собака выпала из ее рук. Она летела кувырком по дороге, с душераздирающим визгом, как неисправные колодки в машине при торможении. Женщина упала на спину, со всего маху ударившись головой об лед. Шапка видимо смягчила удар, иначе она не смогла бы подняться и сесть. Собачонка, пролетев метра три, распласталась прямо перед красным внедорожником Ниссан Жук. Стоявшие рядом с ней и Ниной перед пешеходным пешеходом люди, наблюдая миниатюрный диалог между ними, не стали помогать женщине. Они проходили мимо, тихонько хихикая и покачивая головами.
Нина поспешила на помощь. Но не к женщине, а к собачке. Подбежав к верещавшей собаке, она аккуратно подняла ее с дороги, и погладила, прижав к себе, чтобы успокоить. Женщина, барахтаясь на сколькой калие, перевернулась на колени и поднялась. Она медленно ступая, контролируя каждый шаг, на полусогнутых ногах подошла к Нине с собакой на руках и рывком, с типичными причитаниями: "Ах моя бедняжечка. Господи, Арчи, иди скорее к мамочке", – дерзко выдернула собаку.
– Убери руки от моего пусика, грязная девчонка, – завопила женщина. Она пыталась стряхнуть грязь с одежды собачки. – Бедный Арчи, хватают всякие паршивки, сладенького малыша.
– Я просто хотела помочь. Щенок пищал, и возможно сильно ударился. Его нужно отнести к ветеринару и проверить на переломы или другие повреждения, – с негодованием проговорила Нина.
– Без тебя знаю, что мне делать, мелкая поганка. Ты еще поучи меня, малявка, – голосила женщина. Она с силой толкнула девочку в грудь. Нина отлетела на метр и ударилась об капот Ниссан Жук.
– Женщина вы в своем уме? – оборвал ее вопли, подошедший к ним патрульный. – Вы немедленно пройдете со мной в отделение, для выяснения обстоятельств. Он достал наручники.
