– Ты их не бил, – пояснил Азазель, – а толкал. Бить надо так, чтобы не отлетали так красиво и эффектно, как получалось у тебя, а падали там, где стоят. Даже не падали, а опускались медленно и надолго. Твой сегодня же поднимется на ноги, а трое моих полежат в больнице с недельку, а то и две, а потом их вывезут на колясках. И не факт, что вообще смогут ходить без палочки. Это не только им, но и другим наука. Так вот наглядно доходит лучше!
– А мир звереет, – сказал Михаил невпопад. – Нехорошо.
Сатан после схватки с глуповатым помощником Азазеля вернулся в свои царственные покои Властелина преисподней злой и раздраженный. Аграт своеволием и вздорным нравом беспокоила уже давно, но руки не доходили заняться ею лично.
Правда, до его ушей долетали слухи, что обязанностями члена клана пренебрегала настолько, что вообще ее никто не мог найти и привлечь к работе, а когда ее попытался отыскать Гзар Дина, властелин Шеола, рассчитывая женить на ней одного из своих сыновей, убила трех его лучших ищеек из Братства Меча, с той поры никто не пытался к чему-то принудить.
Но это все в преисподней, своем мире, пусть. Перебесится и станет кому-то женой, но с того времени непокорная зашла слишком далеко, наловчившись каким-то образом выбираться в мир людей и, хуже всего, взялась помогать Азазелю, заклятому сопернику. Не врагу, оба вроде бы на одной стороне, но очень серьезному сопернику.
И этот непонятный поступок, когда ринулась защищать смертного… Зачем?
Он в раздражении опустился было на каменный трон, но тот раскалился и начал плавиться. Сатан спохватился и, вскочив, начал ходить взад-вперед по громадному залу, стараясь смирить свой державный гнев, что может разрушить исполинский дворец.
Под ногами сплошная плита гранита, все покои вырублены в монолитном массиве, разве что ровный пол расчерчен на геометрически ровные квадраты, но и эти нарисованные плиты начали угрожающе потрескивать под его шагами, а где и прогибаться.
Он в ярости ударил кулаком в ладонь другой руки, только она способна выдержать его удар, стена бы раскололась сразу, крикнул в бешенстве:
– Аврирон, ко мне!.. Сейчас же!
Сквозь закрытую дверь вползло темное грозовое облако, прогремел густой голос, напоминающий раскаты близкого грома:
– Повелитель?
– Аврирон, – велел Сатан. – Ты один из немногих, кто может подниматься в мир людей и видеть из грозовых туч все на поверхности. Ты должен отыскать мою дочь Аграт. Я укажу примерное место.
– Отыщу, – пообещал демон, – если не в здании.
– Но когда-то же выйдет?
– Повелитель, если ей что-то нужно передать…
Сатан в нетерпении отмахнулся:
– Знаю-знаю, спускаться к людям не можешь.
С тобой пойдет Шелхавирон. Ты ему укажешь, а дальше уже он.
– Слушаюсь, повелитель.
Сатан в нетерпении смотрел, как грозовое облако неспешно выползает через дверь, хотя и понимал, что в этот же момент появляется в синем небе людей и зависает над районом, где квартира Азазеля.
Аграт будет замечена в здании, если выйдет на балкон или приблизится к окну, Аврирону достаточно сообщить точное место Шелхавирону, тот моментально проберется к ней, он – пламя, а пламя частый гость в мире людей.
От Уланиса авто почти сразу вырулил на широкую магистраль, Азазель передал управление автомату, Михаил уже перестал дергаться и сжиматься в ожидании неприятностей, когда Азазель убрал руки от руля, хотя навстречу угрожающе мчатся стремительные автомобили.
Мимо проносятся высотные здания, тротуары широкие, празднично убраны, народ чаще гуляет, чем спешит по делам, все вроде бы благополучно, но эти люди не знают о приближающейся беде.
В словах Азазеля вроде бы правда, но больно жестокая, неприглядная. В ней нет места гуманности и состраданию, которые Творец вроде заложил в основу этого мира, а Его воплощение в виде Иисуса, если это был в самом деле Он, вообще только об этом и твердило в своих проповедях.
Азазель поглядывал с интересом, словно читает мысли Михаила, как в открытой книге, наконец сказал отечески:
– Мишка, я же тебе хвалу пою! В твоем хитром и увертливом теле человека еще и ангел, что так здорово смешит, когда хочет пройти по грязи и не запачкаться… А еще и элементаль! Ты можешь быть непобедимым, если вы трое не будете драться друг с другом!
– Мы не деремся, – буркнул Михаил. – Так, некоторое несогласие… Но сейчас все трое уверены, что потеряли время.
– Трое дураков в одном теле, – сказал Азазель с апломбом. – Не подумал, что теперь я буду видеть и слышать, что говорят в том здании и с кем общаются?
Михаил окинул его недоверчивым взглядом.
– Жучок?
– Информация уже поступает, – Азазель подмигнул. – Как аудио, так и визуальная.
– Так чего не смотришь?
Азазель сказал назидательно:
– Служенье муз не терпит суеты. Все пишется, успокойся! Вернемся, посмотрим. Но не все, это время терять, а программы отберут нужные моменты.
Михаил посмотрел по сторонам, снизил голос до шепота:
– А почему не прыжком, раз уж не даем всплеска?
Азазель взглянул с жалостью:
