— Тереза, давай, — произнес я, выдавливая из себя приторную улыбку. Всё, «пятнашки» начали. Вначале одна из них под благовидным предлогом пройдёт пост охраны, приблизится к пульту управления камерами, используя универсальный ключ-отмычку войдёт внутрь и нейтрализует оператора. После чего на сам пост ворвутся остальные. Но на это надо время, которое мне требуется потянуть.
Обернулся по сторонам. Двое, сзади первого, у подъёма с уровня (рядом с которым расположен и лифт, и лестница). Стоят, переговариваются. Наблюдают. Судя по рожам, в курсе темы. Плохо. Плохо что в курсе, естественно; перекрытой дороги с отметки я не боялся.
— Слушай, как там тебя, Хуан? — вместо приветствия начал тип с бегающими глазками. Я не стал отвечать, а, приблизившись на минимальную дистанцию, от души врезал.
— Ах ты ж!.. — только и произнёс он — я несильно врезал, отстегнул дубинку и попытался броситься на меня с нею. Действовал быстро — чувствуется подготовка, и в другой раз у него получилось бы…
Я отступил на шаг назад и чуть в сторону и без напряга перехватил его руку. Вывернул, откинул в сторону дубинку. Стукнул типа под колени, опуская на пол:
— Что, мразь? «Кинуть» меня решил?
— Ах ты ж падаль!..
Что тип орал — не важно. Что-то обидное, и что я «об этом пожалею». И действительно, пожалел бы. Ибо через несколько секунд на площадке возле грузовиков находились оба бойца «группы поддержки» с пистолетами в руках:
— А ну стоять!
— Медленно! Отпустил его и поднял руки!
Я отпустил, поднял. И вы бы на моём месте так поступили. Ибо когда вам к затылку приставляют ствол огнестрела, и звучит щелчок предохранителя, понты разом куда-то деваются. Даже у меня. Впрочем, расчет был именно на такую реакцию, и сработали парни на отлично.
— Слушай, ты! Нам не нужны неприятности! — произнёс один из них. Нервно произнёс. — Забирайте машины — и мы вас не видели!
Угу, «мочить» меня они не будут — им только мокрухи до полного счастья не хватает. «Пушки» — так, пугалово. Я же в их глазах… Способен на всё. В таких условиях кто угодно занервничает.
Я медленно обернулся, презрительно оскалился. Хотел что-то спросить, ядовитое, но передумал — в голове раздался голосок Ливии, одной из «младшеньких» Терезы:
— Чико, пульт наш! Тут только один охранник! Вообще один, на всю отметку! Остальные с вами!
— На выход! — Это Тереза остальным.
— На выход! — произнёс я, и люки нашего «мустанга» взлетели вверх. После чего площадка наполнилась новыми действующими лицами — моими девочками, оттеснившими и взявшими на прицел охранников:
— Оружие на землю! Быстро!
— Лицом вниз, мразь! Бегом!
— А ты чего стоишь? Особое приглашение? — Подбежавшая Роза ткнула прикладом в живот и растерявшегося от новой смены плана «моего» противника, который с глазками.
Парни из охраны были вооружены, но малокалиберными огнестрелами и дубинками. На них же смотрели дула гауссовок. Это не считая более чем двукратного количественного перевеса. Думаю, они мысленно сто раз пожалели об опрометчивом решении разорвать наш договор… Но поздно, батенька. Поздно.
— «Пятнадцать-один», что там по камерам, есть ещё кто-то в здании?
Ответил мне Майк:
— Нет, Ангелито. Нету. Всего четверо.
Ну, вот и замечательно.
— Марта, забирайте «тело» и спускайтесь. Будем начинать.
— Есть! — отозвалась Белоснежка.
Я бросил беглый взгляд на своих парней. Те стояли ни живы, ни мертвы, силясь понять, что же вокруг происходит? Мой удар в челюсть уроду с бегающими глазками стал сюрпризом для них, приехавших договариваться. Оружие в руках охранников — уже перебор. А взвод ангелов в качестве поддержки…
Нет, это однозначный разрыв шаблона и полная потеря ориентации — кто есть кто. Я им сочувствовал, но помочь не мог — им нужно перекипеть, остыть и рассудить всё здраво, а для этого надо время.
Предадут? Кому-то расскажут? Нет, в этих парнях моя интуиция была уверена — дальше них информация не пойдет. Даже Фудзи останется в неведении (хотя и будет что-то подозревать).
