Полицейские уходят, оставив меня стоять во дворе школы. Звенит школьный звонок, двор пустеет, и классы закрываются на очередной урок. Нет никакой комиссии из Рима. Нет никакой паники, топота десятков ног и жёлтых лент. Вереницы полицейских машин с синими проблесковыми маячками. Нет никаких признаков беды! Есть только директор и его секретарь, которые подходят ко мне откуда-то сбоку и требуют не пугать детей. Держать себя в руках и объяснить им, в конце концов, что означает мой маскарад.
— Кто вы такая, синьора? Что происходит? Я требую объяснить, почему вы дурачили наш коллектив и в чем обвиняете?!
Я не слушаю их и ничего не объясняю. Я медленно умираю, предчувствуя катастрофу.
Во дворе школы в это мгновение так тихо, что кажется, будто мир вокруг замер. Затаился за широкими окнами окружающих домов и смотрит внутрь себя слепыми глазами, глухой и немой к чужой беде, как было всегда. Он снова оглох ко мне!
Проходит целая вечность, прежде чем полицейские выходят из школы ни с чем. Продолжают перезваниваться с кем-то… не подходят ко мне… наверное потому, что я выгляжу, как сумасшедшая и пьяная одновременно.
Меня трясет и качает. И неизвестность, как надвигающаяся тень прошлого, все туже сжимает ледяными когтями сердце. И я вою… вою в голос всё громче.
Я зажимаю рот рукой, выбегаю из школы и бегу по улицам. Оглядываюсь по сторонам, расспрашиваю людей, не прекращая звать свою девочку:
— Мария! Мария!
Не знаю, сколько времени проходит в поисках дочери — для меня каждая минута сейчас, как нескончаемое падение в пропасть. Я так боялась ее потерять и не смогла уберечь.… Святая Дева, прошу тебя, сохрани мою девочку целой и невредимой! И я поверю в чудо. Клянусь!
… Я понимаю, что проиграла остаткам надежды, когда на телефон поступает звонок, и в трубке раздается молчание. Это он, мой кошмар из прошлого, я вдруг чувствую это каждой клеткой своего измученного страхом тела, и время останавливается, а мир сжимается до размеров моего ужаса. Поднявшаяся новой волной паника захлёстывает огненно-ледяным удушьем, заставляя сердце биться неистово. Слезы застилают глаза, и горло внезапно сжимается так туго, что я никак не могу сказать.…
— Я знаю, что это ты.… Верни мне Марию!
Звонок прерывается, но сразу приходит сообщение:
«Площадь Витторио»
Я оглядываюсь и бегу туда, не замечая идущих навстречу людей, расступающихся в стороны и провожающих меня удивленными взглядами; ни машины, ни дома.
На самой площади и у входа в торговую галерею толпятся туристы и прохожие. И голуби. Здесь сотни разноцветных голубей. Они взмывают в небо, когда я пробегаю по каменным плитам пьяццы, распугивая птиц и заставляя их взлететь. Хлопают крыльями, поднимая ветром мои волосы… И разлетаются в стороны, оставляя стоять совершенно одну.
Видит Бог, я была готова увидеть Лоренцо, и даже сама идти к нему. Но его здесь нет, и Вишенки тоже! Я ощущаю это так же остро, как свою беду. Он обманул меня!
Я лихорадочно ищу телефон и дрожащими руками набираю номер. Подношу к уху, одновременно боясь услышать ненавистный голос и ожидая этого.
Но в ответ слышу глухие гудки, бесконечно длинные и жестокие…
— Чёртов Фальконе, ответь же! Ответь мне! — кричу с новым рыданием, но Чудовище уже поймало меня в капкан страха, задумало свою игру и на телефон приходит новое сообщение:
«Ворота Порта Сан-Джакомо. Живей шевелись!»
Я бегу к новому месту так быстро, как только могу. Сколько здесь расстояния? Километр? Два? Господи, смилуйся и убереги мою девочку!
Но здесь их тоже нет. Лоренцо снова меня обманул! И горькое отчаяние разрывает грудь рвущимся из легких криком.
Я вновь звоню на неизвестный номер, и слышу в ответ гудки… гудки… Тишину, которая убивает!
«Плохо ищешь. Соборная Площадь»
Слезы капают на стекло, застилают взгляд пеленой, превращая буквы сообщения в размытые полосы. Я попала в Лабиринт и должна пройти все круги ада.
Полиция не поможет, к Фальконе уже попал мой номер телефона, а значит и надежды, что мне помогут найти Марию, больше нет. Всё, что я хочу, это сохранить жизнь дочери, и Лоренцо это известно.
Так или иначе, а я приду к нему сама. Униженная, растерзанная, готовая падать на колени и молить!
И он не будет меня щадить.
Плевать! Лишь бы ещё раз увидеть дочь живой!
Узкие лестницы и каменные подъемы Бергамо. Спуски и препятствия в городе, который, как я думала, смог стать моим убежищем. Увы! Всего этого больше нет, теперь это Лабиринт Минотавра и моя личная цитадель страха, за стены которой не выйти.
«Ворота Святого Августина. У тебя всё меньше времени! Захвати муженька, неверная — откупишься мертвецом»
Я падаю, вновь разбиваю в кровь незажившие колени, но вскакиваю и бегу дальше.
Внезапно в кармане плаща отзывается звонком сотовый. На этот раз я знаю, кто звонит, нажимаю на прием звонка, но не могу ответить — дыхание рвется от бега, и всхлип сдержать не получается.
— Ева? Где ты?
— Адам! Он украл Марию! Он нашел нас!
— Знаю! От коттеджа Белуччи только что отъехала полицейская машина. Здесь все твои соседи. Где ты, скажи?