Марии так непривычно видеть себя в платье, да ещё и в таком красивом, что она никак не может отойти от зеркала, с осторожным восторгом рассматривая бархатные оборки. А я искренне любуюсь своей девочкой, стараясь не показать слез. Мне нельзя спугнуть её желание увидеть себя новую, она так долго была мальчишкой, что заслужила эти минуты женской радости.
Я надеваю одежду, которая была со мной, и мы выходим на прогулку. Идём вдоль прибрежной каменной террасы, спускающейся с высоты холма, слушая шум волн, разбивающихся о скалистый берег, и ощущая свежий бриз на щеках.
Невероятно, скоро Рождество, а солнце разогнало тучи над Сардинией и окрасило море в синий цвет. Вдалеке виднеются белые яхты, взмывают в небо чайки, зелёные сосны и можжевельник источают хвойный аромат, и Вишенка крепко держит меня за руку, жадно впитывая настроение нового места и нового дня.
Мы какое-то время гуляем, пока аллейка не приводит нас в красивый город с уютной атмосферой морского курорта. Здесь гораздо оживленнее, чем на берегу, много гуляющих и прохожих, однако зимнюю Ольбию не сравнить с шумным Миланом, и можно спокойно ходить, рассматривать всё вокруг, не боясь толчеи и риска задеть травмированную ручку Марии.
Можно вдыхать запах ароматного кофе и свежей выпечки, смотреть на витрины со всевозможными пирожными, и мы с удовольствием замедляем шаг, оказавшись на улочке с уютными кафе.
— Кажется, я нашла самые аппетитные на свете канно́ли! Зайдем внутрь, Вишенка? — предлагаю дочке, увидев в витрине вафельные трубочки с мягким кремом и шоколадной крошкой.
— Зайдем!
Внутри кафе тепло и уютно. На окнах горят разноцветные гирлянды, стены украшены атласными лентами и шишками, а возле наряженной елки на красивой стойке разместили рождественский вертеп и фигурки ангелов.
Мы садимся за свободный столик, раздеваемся и делаем заказ — мясное рагу с овощами, как основное блюдо, ореховый латте и трубочки канноли на десерт. Аппетит нас в последнее время не радовал, но прогулка обеим пошла на пользу, и щечки у Марии порозовели.
Кафе небольшое, посетителей немного, и мы наслаждаемся обедом не торопясь. За соседним столиком сидят три девушки и что-то оживленно обсуждают между собой, приятно дополняя атмосферу негромким смехом.
И я бы не обратила на них внимания, если бы в какой-то момент в кафе не вошла четвертая девушка — красивая блондинка с сияющими глазами, и не произнесла с таким искренним восторгом в голосе, что мы с Мари невольно повернули головы:
— Девочки, знаю, что опоздала! Но у меня уважительная причина! Я сейчас в гостинице видела такого потрясающего парня, что у меня случилась дезориентация во времени и отвал челюсти! Представьте, я спускаюсь вниз, а он стоит в холле и разговаривает с консьержем — снимает номер и спрашивает про какой-то местный санаторий. Красивый, как мечта! И этого мало, чтобы описать! Я таких ещё не встречала!
— Моника, не выдумывай! Ты только неделю назад рассталась с Джильермо и грозилась целый год не смотреть на парней! Говорила, что все они мезозойцы небритые и тебя раздражают.
— Девочки, вы не понимаете, это химия! Как только он куртку снял и показал плечи, я встала перед ним, как вкопанная. Он повернулся и спрашивает: «Что вам нужно?», а я возьми и скажи: «Тебя. Надеюсь, ты свободен этим вечером?»
— Моника, ты сумасшедшая! Это же мой брат Дэвид к тебе так подкатывал, и ты его назвала кретином!
— Девочки, клянусь, это была моя самая большая глупость в жизни, но она того стоила!
— С ума сойти! Он что, согласился?
— Нет, он сказал «Исчезни», представляете? И тут же забыл о моем существовании! Такого со мной ещё никогда не было!
— Какой хам! Девочки, может, он слепой, и нашу Монику не рассмотрел?
— Или, наоборот, стеснительный, и ты его в краску вогнала?
— А может, у него здесь бабушка в санатории лечится, и ему не до знакомств. Тут много стариков.
— Или он гей! Да скорее всего!
— Девочки, я всё про него разузнаю! Меня он страшно зацепил! Мне кажется, он модель или актер, поэтому холодный, ну прямо айсберг! И такой твердый во всех смыслах, что хочется потрогать! Господи, а какие у него глаза… Синие-синие, как летнее небо над Корсикой! А кожа! Облизала бы всего, а потом отдалась! Нет, он не может быть геем, это несправедливо!
— Где вы его видели?
— Что?
Я и сама не заметила, как встала из-за столика и повернулась к девушкам.
— Парня, о котором говорили? Вы видели его в городе, я правильно поняла?
Незнакомки озадаченно переглядываются между собой, а затем удивленно смотрят на меня:
— Вы серьёзно, девушка? — весело ухмыляется блондинка, пока я замерла в ожидании ответа.
— Да, серьёзно.
— Зачем он вам? — хмурится она, а мое сердце во всю кричит, что это Ангел, и он здесь!
— Мне кажется, я его знаю.
— Поверьте, вам только кажется. Мало ли в Италии красивых парней?
Девушки за столиком смеются, а я неожиданно твердо настаиваю:
— Просто скажите название гостиницы, если не соврали. Ведь это не трудно?
Но блондинка не сдается и легко возвращает вопрос:
— Ну, допустим не соврала. Он актер?
— Нет.
— А кто?