Пациент там также был один, но он сидел с закрытыми глазами в ужасно неудобном с виду кресле, и руки его были привязаны к подлокотникам, а ноги - к ножкам. Вокруг него собралось четыре целителя, которые воздействовали на него, казалось, по очереди, перебрасываясь негромкими короткими фразами.
Этому пациента чистили память.
У меня пол поплыл под ногами. Мучительно было даже представлять себя на его месте в столь недавнем прошлом, но ведь это же был ангел, а целители явно трудились над ним не понарошку.
Глядя только себе под ноги, чтобы не споткнуться, я деревянными шагами вышла их этого кабинета вивисекции и без сил привались к стене. Возле меня тут же оказался мой ангел.
- Ты как? - коротко спросил он, раздувая ноздри.
- Нормально, - выдавила я из себя, и добавила, помолчав: - Ты говорил, с тобой тоже такое делали? После заданий?
- Да, - поморщился он. - Но ты знаешь, тогда я ничего не имел против.
- Почему? - прищурилась я.
Мимо нас пронеслись, выскочив из палаты, двое моих соучеников, зажимающих рты руками.
- Наверно, вспоминать нечего было, - хмуро ответил мой ангел, проводив их взглядом. - Люди ведь тоже только основные вехи из прошлого помнят, а подробности в их памяти теряются.
- Теряются, а не уничтожаются, - со злостью заметила я. - Это не «во Благо», это - садизм.
Наверно, я сказала это слишком громко - уже выходящие из палаты студенты нервно зыркнули на меня. Я отметила, что лица у них были бледными, у некоторых - с зеленоватым отливом.
Последним из палаты вышел Тень. Трудно было сказать, произвела ли на него впечатление чистка памяти, но держался он вполне обычно. Нам с моим ангелом не оставалось ничего другого, как последовать за остальной группой вместе с ним.
- Странно, - вдруг произнес Тень, ни к кому конкретно не обращаясь, - мне казалось, что эта процедура вызовет у Вас особый интерес.
- Это еще почему? - спросила я, также глядя прямо перед собой.
- Чтобы понять, что с Вами случилось … что с Вами сделали, - быстро поправился он, когда я зашипела. - Чтобы понять, где они не доработали, каким образом лазейку Вам оставили для возвращения памяти.
- Нет уж, спасибо, - ядовито усмехнулась я. - Я этих живодеров видеть не хочу.
- Я бы их скорее хирургами назвал, - невозмутимо ответил мне Тень. - Эти отрицательные, разрушительные эмоции, они ведь как раковая опухоль - если ее не удалить, она весь организм уничтожит.
- Давайте еще про лоботомию вспомните, - предложила я ему с яростью.
- А почему нет? - искренне, казалось, удивился Тень. - Если у маньяка удалены центры агрессии, это может спасти немало жизней. Так и здесь. Кто может спокойно жить рядом с таким эмоциональным насильником, включая его самого?
Я вдруг обратила внимание, что мой ангел никак не участвует в этом разговоре. Я скосила на него глаза и увидела, что он идет, глядя себе под ноги и сосредоточенно сведя брови на переносице, словно каждое услышанное слово запоминает. Он эту галиматью еще и запоминает? Про преимущества лоботомии людей?
- Хорошо, - тряхнула я головой, - а как насчет этого ангела, там? - Я махнула рукой себе за спину. - Вы же не думаете, что специально для нас пациента с земли доставили?
- А вот это действительно странно, - задумчиво произнес Тень. - Я думал, что ангелы в состоянии сами от ненужного балласта избавляться.
- Давайте подождем, пока Вы таким ангелом станете, - подал наконец голос мой ангел, поднимая на Тень прохладный взгляд. - Возможно, однажды мы придем к Вам на тренинг.
- Сочту за честь, - склонил голову Тень на пороге павильона, и добавил, что хочет немного прогуляться.
По-моему, мы с моим ангелом восприняли его слова с одинаковым облегчением.
- Ну, и как тебе это нравится? - воскликнула я, как только мы отошли на достаточное, с моей точки зрения, расстояние.
- Он очень логичен, - медленно и раздельно произнес мой ангел.
- Логичен? - задохнулась я. - Значит, если где-то заболело - резать? Закололо - опять резать? И так раз за разом, пока от человека один безмозглый обрубок не останется?
- Интересное сравнение, - загадочно бросил мой ангел, и внезапно встряхнулся. - Ладно, давай лучше о тебе. Может, мне поговорить с их инструкторами, чтобы тебя больше на чистку памяти не посылали?
Не пришлось. Похоже, все эти групповые визиты к пациентам имели также целью определить границы наших возможностей.
Прямо на следующий день, с самого утра, каждого из нас приставили к отдельному целителю. Мне такая перемена понравилась: и видно все вблизи лучше было, и целитель многие свои действия комментировал, и вопросы мне всегда легче задавать было без толпы вокруг.
Мой ангел снова надулся.
Но ненадолго. Однажды я наблюдала за работой целителя над случаем полного противопоставления себя злобному миру и ответной агрессии. Пациент подозрительно зыркал на целителя, отвечал на вопросы резко, даже грубо, или вообще угрюмо молчал.
Я словно воочию увидела Игоря - в тот его период, когда он начал воевать со своим наблюдателем, а заодно и со всем миром, включая нас с моим ангелом. И в конце концов, как тот ни злился, именно мой подход к нашему сыну оказался верным.
