Ангел тьмы полностью

– Если повторный опрос мог бы стереть клевету из памяти присяжных, ваша честь, я бы провел его. А поскольку он не сможет, я воздерживаюсь.

– Тогда детектив-сержант свободен, и обвинение может пригласить своего следующего свидетеля.

– Обвинение, – объявил мистер Пиктон, – вызывает миссис Луизу Райт.

В задних рядах началась небольшая суета, и в двери красного дерева вошла миссис Райт.

Пока бывшая домоправительница Хатчей шла по проходу, доктор наклонился и спросил у мистера Пиктона:

– Что с Паркером?

Мистер Пиктон пожал плечами:

– Двое помощников Даннинга собирались привезти его на первом поезде сегодня утром. Уже должны были прибыть. Придется вызвать его днем.

Миссис Райт в старомодном синем платье гордо и без колебаний вошла в дверцу в дубовом ограждении, лишь единожды обратив седую голову и лицо с резкими чертами в сторону стола защиты и не выразив никаких эмоций при виде Либби Хатч. На присягу пристава Коффи она почти выкрикнула «Клянусь!», после чего объявила свое имя так, будто ожидала, что кто-то вдруг станет его оспаривать. Сие отношение она сохраняла в течение всех вводных вопросов мистера Пиктона, который за это время нарисовал очень яркую картину жизни в доме Хатчей. Либби была женщиной весьма переменчивого нрава, сказала миссис Райт, а когда чувствовала, что ее желания ущемляют, была способна впасть в крайнюю ярость. Мистер Пиктон не преминул убедиться, что присяжные поняли – Луиза Райт не питала особой любви к Дэниэлу Хатчу и не испытывала никакой зависти к бывшей хозяйке; как она сообщила мисс Говард, когда мы только приехали в город, единственными людьми в доме, к которым она чувствовала истинную симпатию и привязанность, были трое детишек, выросших столь запуганными чудачеством отца и переменчивыми настроениями матери, что подчас казалось, будто они пребывают в постоянной нервозности.

– Итак, миссис Райт, – спросил в итоге мистер Пиктон, описав сию не слишком-то приятную обстановку дома Хатчей, – когда, на ваш взгляд, преподобный Клэйтон Паркер стал постоянным гостем в доме?

– Ну, – отвечала пожилая дама, подумав, – обычно он заезжал на праздники, Рождество и тому подобные, и, конечно, он крестил Клару – но постоянные, как вы говорите, визиты стал наносить позже. Впервые он остался на ужин, по-моему, в первый день рожденья Клары.

– А как часто он приезжал после этого?

– О, по меньшей мере раз в неделю, а то и чаще. Мистер Хатч к тому времени не на шутку заинтересовался церковными делами, понимаете ли. Многие люди так и поступают, когда начинают думать, что им не так уж и много осталось. – Миссис Райт вовсе не подразумевала в последнем утверждении шутку, и удивилась, когда на галереях раздался смех. – Так и происходит! – подтвердила она, крепко сплетая руки, словно смутившись. – Я видывала такое.

– Ну конечно же, – согласился мистер Пиктон. – Но был ли интерес мистера Хатча к церкви основной причиной участившегося присутствия в доме преподобного Паркера?

– Протестую, ваша честь! – монотонно проговорил мистер Дэрроу. – Вопрос подразумевает предполагаемый ответ.

– Тогда я его перефразирую, – сказал мистер Пиктон, прежде чем успел вмешаться судья. – Миссис Райт, с мистером Хатчем ли преподобный проводил в эти визиты большую часть времени?

– Нет, сэр, – ответила миссис Райт с легкой усмешкой. – В конце концов, много ли времени надо, чтобы подписать чек?

Это вызвало в толпе новый смех, и судья ответил на него обычным манером – раздраженным стуком молотка. И, наклонившись со своего места, мягко пожурил миссис Райт:

– Свидетельница, пожалуйста, воздержитесь в ответах от доли сарказма.

– Я и воздерживаюсь, сэр! – отозвалась она чуть обиженно. – Мистер Хатч только это и делал, когда приходил преподобный – выписывал чеки, ну, может, еще пару-другую минут беседовал о теологии. А остальное время именно миссис развлекала… гостя.

– Но почему же? – осведомился мистер Пиктон.

– Я точно не могу сказать, – ответствовала миссис Райт. – Знаю лишь то, что сама видела, шесть или семь раз.

– Так что же вы видели?

Выпрямив спину и сузив глаза, миссис Райт воздела указательный палец в направлении места защиты.

– Я видела эту женщину и преподобного Паркера. Там, в березовой роще, примерно в четверти мили от дома.

– И что они делали?

– Ничего такого, что преподобный обычно делает с замужними женщинами! – сообщила миссис Райт так оскорбленно, будто эти события случились только вчера.

Судья изможденно вздохнул:

– Миссис Райт, вопрос вам задан прямой. Будьте любезны, постарайтесь отвечать должным образом. В этом деле мне уже и без того хватило словесной игры для полемики.

Миссис Райт сложила руки на коленях.

– Ну, я не знаю… но раз вы приказываете мне, судья, так и быть… – Она глубоко вздохнула и продолжила. – В первый раз я пошла искать миссис, поскольку Клара прихворала. И увидела миссис в березовой роще с преподобным. Они обвивали друг друга руками. Они… целовались.

Новое бормотание толпы было встречено стуком судейского молотка.

– А в прочие визиты? – уточнил мистер Пиктон.