Ангел тьмы полностью

– В прочие визиты… ох… – Миссис Райт беспокойно поерзала. – Некоторые были такими же. Но другие… ну вот, то была середина лета, в те разы. Тепло, как сейчас. Земля в той роще мягкая, мох толстый. И это все, что я собираюсь говорить, судье или кому другому, будь то суд или не суд. Я женщина порядочная!

Мистер Пиктон кивнул:

– И мы, разумеется, не станем просить вас вести себя непорядочно. Но позвольте мне задать вам, миссис Райт, вот какой вопрос: правильно ли будет сказать, что вы видели обвиняемую и преподобного Паркера в частично или полностью неодетом виде?

Теперь определенно начав неловко поеживаться, миссис Райт кивнула:

– Да, сэр. Правильно.

– И предающимися физической близости?

Ее неудобство, похоже, обернулось гневом, и миссис Райт рявкнула:

– Да, сэр – и это все при муже и самой хорошенькой дочурке, какую только можно пожелать – там, в доме! Позорище, вот что это такое!

Кивнув и принявшись расхаживать перед свидетельским креслом, мистер Пиктон медленно спросил:

– Вы наверняка не сможете назвать мне точные даты этих событий?

– Точные – нет, сэр, нет.

– Нет. Но разрешите спросить у вас вот что – можете ли вы с уверенностью утверждать, что они предшествовали рождению Мэтью и Томаса Хатчей по меньшей мере на девять месяцев?

– Ваша честь! – вскричал мистер Дэрроу. – Боюсь, что обвинение вновь потакает своему пристрастию к намекам.

– Не уверен, что соглашусь с вами на сей раз, адвокат, – заметил судья. – Обвинение, хоть оно и было чертовски невыносимо, сейчас представило свидетельство, которое подтверждает возможность и средства касательно нашего дела. Я собираюсь позволить им перейти к вопросу мотива. Но вы, мистер Пиктон, будьте осторожны.

Мистер Пиктон с таким видом, будто мог расцеловать эту седую пушистую голову, покачивающуюся над судейским столом, произнес:

– Да, ваша честь, – и вновь обратился к свидетельнице: – Ну что ж, миссис Райт. Можете вы сказать, что время примерно соответствовало последующему рождению двух младших детей Хатчей?

– Оно было ужасно близко к тому, – кивнула в ответ миссис Райт. – Помню, я еще отметила тогда это про себя. А когда мальчики стали выглядеть так, как стали, ох… я сделала свои выводы.

– А как они выглядели? – Мистер Пиктон украдкой покосился на судейское место. – Сейчас я прошу вас не допускать предположений, миссис Райт.

Вновь погрозив пальцем столу защиты, миссис Райт изрекла:

– Эти мальчики не унаследовали свой цвет – цвет глаз, кожи, волос – от мистера или миссис Хатч. Это всем было ясно. И заодно имелось кое-что еще – когда живешь в том же доме, где работаешь, начинаешь понимать его ритмы, так сказать. Миссис Хатч с мистером Хатчем спали в разных спальнях. Когда только поженились, они провели вместе несколько ночей в его комнате, но когда появилась Клара… ну, мистер Хатч, он всегда спал только в своей постели. А если миссис когда и входила вновь в комнату мистера Хатча – не для того, чтобы принести ему еду и лекарства, когда он умирал, – то я этого точно не замечала.

– Понимаю. Когда же в таком случае вы в последний раз видели, как миссис Хатч входит в комнату к мужу?

– В ту ночь, когда застрелили детей. Она носилась по всему дому – я не могла ее остановить, и потому мистер Лоуренс дал ей чего-то для успокоения. Но дверь была закрыта. Еще через несколько минут она вернулась – по-прежнему кричала и повсюду бегала. Заявила, что нашла револьвер мужа и боится, что может причинить себе вред с его помощью. Велела мне избавиться от этой вещи – и я завернула его в бумажный пакет и выкинула в старый колодец.

– Вы помните, что это был за пакет?

Миссис Райт кивнула:

– Мистер Хатч покупал все оптом, из экономии. У нас тогда оставался целый ящик пакетов с фабрики мистера Веста.

Мистер Пиктон подошел к своему столу и взял кусок бумажного пакета, срезанного Люциусом с кольта в тот вечер, когда был найден револьвер.

– Значит, на пакете должно было иметься такое клеймо? – Он передал ей обрывок оберточной бумаги.

Изучив бумагу, миссис Райт снова кивнула:

– Да, все верно.

– Вы уверены?

– Разумеется, я уверена. Видите ли, два года назад бумажная компания Веста перенесла эту надпись – вот сюда, со дна пакета наверх. Вы бы заметили, будь у вас достаточно таких вещей.

– А у вас таких вещей достаточно?

– Да, сэр. Никогда их не выбрасываю. Вдове, живущей на армейскую пенсию, приходится следить за расходами, хочешь не хочешь.

– Нет, ну конечно же. Что ж, спасибо вам, миссис Райт. У меня больше нет вопросов.

Мистер Пиктон сел, весьма довольный тем, что ни одно из показаний миссис Райт не исключили из протокола. Мистер Дэрроу же, напротив, казалось, погрузился в очередную перемену своей стратегии по ходу действия: переплел руки перед лицом, сурово нахмурил брови и минуту-другую ничего не говорил и не двигался.

– Мистер Дэрроу? – вопросил судья. – У вас есть вопросы к этой свидетельнице?

Наконец произведя какое-то движение – но лишь глазами – мистер Дэрроу пробормотал: