Ангел тьмы полностью

— Колоритный, похоже, парень этот ваш приятель, Мур.

— Шуточки его не должны вводить вас в заблуждение, — отозвался мистер Мур, встав за сигаретами, а потом садясь к докторову столу. — Это один из самых острых юридических умов, с которыми я вообще сталкивался. Мог заполучить любую работу в штате, но, как дурак, решил вместо того играть в открытую — поднял адский шум в легислатуре штата насчет коррупции в городской конторе окружного прокурора, и его выперли из города, обваляв в перьях. После этого ходили слухи о некотором умственном расстройстве. — Мистер Мур прикурил сигарету. — Никогда не вникал в подробности.

Сайрус заговорил несколько растерянно:

— То есть он хочет сказать, это оназастрелила детей?

— Да, — кивнула мисс Говард. — Он, похоже, в этом вполне уверен.

— Новые жертвы в списке, — пробормотал Люциус.

— Может, это они и есть на той фотографии, — ввернул я. — Той, что я видел в секретере, трое маленьких детишек вместе.

— Не лишено смысла, — изрек Люциус. — Не так-то просто вызвать удушье у троих детей, чей возраст позволяет уже оказать сопротивление — и все рассказать, если выживут.

— Но ведь в общую-то картину не укладывается, разве нет? — переспросил все еще сбитый с толку Сайрус. — Она ж убивала только младенцев, как нам известно — потому как не справлялась с ними в таком возрасте.

— Да, тут, конечно, загвоздка, Сайрус, — согласился доктор, поигрывая ручкой на столе. — Но главное сходство остается — на детей напали,и нападающий определенно намеревался их убить.

Маркус издал нечто вроде потрясенного выдоха:

— Не будь все это так ужасно, я бы сказал, что оно начинает становиться смешным…

— Наоборот, Маркус, — заметил доктор. — Эта новость лишь подтверждает укоренившуюся природу ее наклонностей. Ее прошлое согласуется с нынешним поведением. — Голос доктора стал тише, и он изрек фразу, более всего походившую на его девиз: — Разгадки в деталях… — Он встал и посмотрел в окно кабинета на маленький садик за домом. — А детали эти на севере, не здесь. Если нам нужно продвинуться по-настоящему — стоит ехать.

— Разве это дальновидно? — проговорил Люциус. — Если мы уедем, она может решить, что мы уступили ей — и одному богу известно, что тогда может произойти.

— Мы не уедем, прежде чем вы двое не побываете у нее, детектив-сержант, — ответил доктор. — И теперь сможете упомянуть в своем заявлении о нашей осведомленности относительно того инцидента. Нам остается лишь надеяться, что осведомленность сия вынудит ее действовать с еще большей осторожностью. Если же мы останемся здесь, руки у нас по-прежнему будут связаны. Наш подход — прошлое, и мы должны ему последовать.

Снова очень осторожно вмешался Маркус:

— А другое дело, доктор? Как же быть с вашими собственными делами — оставить неразрешенными?

Крайцлер пожал плечами:

— Как вы оба уже сказали, Маркус, я мало что могу предпринять до слушания. Даже будь там какие-то нераскрытые тайны, я уверен, вы бы их раскусили. От того, уеду я или останусь, мало что изменится. — Глядя на него, я заметил, как в лице его появилось нечто вроде горечи. — И, надо признаться, — снова мягко продолжил он, — меня еще никогда так не утомлял этот город. Или его обитатели… — Он быстро взял себя в руки и обернулся к нам. — Отъезд, возможно, — лучшее решение, целиком и полностью.

— Несомненно, — радостно возгласил мистер Мур. — Особенно с учетом направления. Саратога в это время года — подлинный рай. А если вспомнить о… развлечениях…

Все улыбнулись и застонали, а мисс Говард подхватила книгу и запустила ею в мистера Мура:

— Ну конечно, мы понимаем, почему тытак хочешь поехать, Джон, — но у нас будет ничтожно мало времени на твои обычные занятия.

— Я имел в виду лишь наше свободное время! — возразил, заслоняясь, мистер Мур. — Не можем же мы работать днем и ночью, сами понимаете! И давайте признаемся честно, Саратога…

— Саратога — отвратительный вульгарный свинарник, — закончила за него мисс Говард. — Где жирные богатеи предаются азартным играм, обманывают жен и обогащают сводников и проституток. — Резкость этих слов ясно дала понять, что она искренне имела в виду то, что сказала.

— О, да ты просто точь-в-точь твоя подруга Нелли Блай, [38]— заметил в ответ мистер Мур, взмахнув сигаретой. — К тому же я не женат — и не жирен.

— Это лишь вопрос времени, — парировала мисс Говард. — А что до Нелли, все, что она написала об этом презренном месте в «Уорлд» — истина, и надо обладать немалой смелостью, чтобы сие сказать.

— Ну да, — возразил мистер Мур. — Почти той же смелостью, что требуется, чтобы выйти, как она, за семидесятипятилетнего миллионера.

Глаза мисс Говард сузились — казалось, она готова ударить.

— Мистеру Симену несемьдесят пять. [39]

— Нет. Ему семьдесят. — Маркус уточнил, не подумав, но взгляда мисс Говард хватило, чтобы он пожалел об этом. — Ох, простите меня, Сара, но ему и впрямь…

— Боже мой, просто чудо, что люди до сих пор существуют как вид, — горячилась мисс Говард, — с такими приматами, как вы, во главе!