Презрение. Вот, что читается в его глазах. И черт с ним. Он не имеет никакого права так смотреть на меня.
- Еще раз так сделаешь, - тычу парню пальцем в грудь, - и я познакомлю тебя со всеми своими бесами.
- Боюсь, боюсь, боюсь, - Влад смеется, - тебе же понравилось, признайся уже.
Совсем не понравилось. Потому что в памяти запечатлен тот самый поцелуй, от которого сердце замирало и ноги предательски подкашивались.
Но об этом знать никому не нужно.
Илья резко разворачивается, сжимая до крови пальцы на руках.
Сейчас ему нужно успокоиться. Иначе он разнесет тут всё к чертям собачьим.
Эта девчонка. Самая любимая, но уже такая далекая и мнимая…
Он не имеет право мешать ее счастью, поэтому самый лучший выход просто исчезнуть из ее жизни.
- Ну что, я справилась с ролью твоей девушки, - выходим из комплекса и я поворачиваюсь к Владу.
- На сто баллов, - парень улыбается, показывая большой палец.
- Теперь уже скажешь, что всё это значило, - поднимаю бровь в ожидании объяснений.
- Ты о чём, - спрашивает, будто не понимает.
- Не прикидывайся придурком, Савельев, тебе совсем не идёт.
Фамилию Влада я, кстати, узнала от его бывшей девушки, закатившей разборки на глазах у всех прямо в бассейне. Даже мне досталось. Назвали шлюшкой и пообещали в будущем остаться, как в сказке, у корыта с разбитым сердцем. Доказывать истерички, что в сказке разбитым осталось корыто, а не сердце, не стала. Опускаться до её уровня…
- Блин, жаль, - улыбается, - а я думал, что выгляжу миленьким.
- Влад, - злобно стреляю глазами, - говори уже.
- Ладно, - парень закатывает глаза, - ну в общем, дело было так… может, прогуляемся?
- Не отлынивай.
- Короче, - потирает затылок, - я сделал это, потому чтоо…
- Нуу, - терпение уже на исходе.
- Потому что ты сказала, что бы я тебя отпустил, - говорит, а меня от сказанных слов бросает в жар.
Злость. Невыносимая злость.
- Ну крепись, Савельев, - угрожающе шагаю к парню, - что за цирк, твою мать, ты устроил. Решил поиграть со мной? И как, понравилось?
- Ты понравилась, - как ушат на голову вылил.
Стою, еле глотая ртом воздух. Что он сейчас сказал? Нет. Я, конечно, знаю, что не страшная, и что очень даже симпатичная. Но особого внимания от противоположного пола никогда не получала. Никто за мной не бегал, скорее даже я сначала влюблялась, а потом уже признавались в симпатии мне. Даже Илья… первая его заметила именно я, и он сразу мне понравился. Тогда я поверила в любовь с первого взгляда. До сих пор помню как сильно забилось в тот миг моё сердце.
Впервые я увидела его в парке, когда возвращалась домой после школы. Последний месяц перед экзаменами давался очень сложно, а учеба отнимала большую часть времени.
Май вступил в свои права и на улице, уже как неделю стояла теплая, солнечная погода. Он стоял около пруда и бросал маленьким уточкам кусочки булочки, выпеченной в местной уютной кафешке. Кажется, он делал это механически, даже не задумываясь о своих действиях. В его взгляде не было ничего, кроме боли и отчаяния. Полная опустошенность.
Помню, как встала посреди дороги и залюбовалась необычной красотой незнакомца.
В его внешности было что-то цепляющее. То, что отличало его от других. То, что было ключиком для меня.
Он был высоким настолько, что мне приходилось поднимать голову, чтобы рассмотреть его темные курчавые волосы. Милые веснушки, огненно-карего цвета глаза, пухлые губы и нос с горбинкой доказывали его уникальность.
Не помню когда началась моя болезненная симпатия к нему. Возможно, что именно в тот солнечный день, хотя я и не верю в любовь с первого взгляда.
Он повернулся в мою сторону, но даже не заметил. Развернувшись, незнакомец пошел в противоположную сторону. Туда, где, скорее всего, его ждали родные и близкие люди. Туда, где не могло быть меня. Ведь я так и стояла на месте, всматриваясь в уходящий силуэт парня, который уже каким-то непонятным для меня образом въелся в мою душу и сердце.
Тим заметил её, когда возвращался домой с универа. На улице весь день стояла теплая, непривычная для ноября погода. Казалось, в такую погоду не может быть грустно, но сегодня парня раздражало буквально всё. Звонок от родителей с очередными упреками и угрозами вернуться домой. Обвинения в сторону Сони, что она, взрослая девушка, захомутала их маленького сыночка и крутит им во все стороны, как только хочет. Еще и экзамен завалил. Теперь ждать пересдачи, которая только через неделю. В общем, угрюмый и злой Астафьев возвращался домой, чтобы схватить спортивную сумку и сгонять в спортзал. Боксерская груша всегда успокаивала. Точнее не груша, а мощные и резкие удары по ней.
Он открывал дверь подъезда, когда она проходила мимо его дома. Из-за конспектов в руках, дверь никак не могла отрыться. Тимур еще больше злился и раздражался. Милый, сладкий голос вырвал его из мыслей о том, что эта дверь здесь явно лишняя, и не мешала бы ее выбить нахрен отсюда.
- Вам помочь, - парень разворачивается, чтобы послать куда подальше эту помощницу, но резко осекается.
