- Ты – идея фикс Агриппины. Инка, как она просила себя называть, была моей секретаршей, и красивой бабой плюс ко всему. Такая же милашка-блондиночка, как и ты... Ты здорово на неё похожа, кстати. Жена летала в Париж, а я не удержался. Мне было плевать, а Инка дочь хотела, а мне-то что? Скажи спасибо, что отчество дал...
- Это вы меня сдали в детдом? – прошептала Вира.
- Так точно, - ухмыльнулся добрый папочка, - и имечко дал, чтобы гонореей дразнили. Мне это казалось отличной шуткой. Дети, они жестокие.
- Да! – встала с места Вира, тряхнув светлыми волосами, - дети жестокие, и дразнили меня жестоко, но в результате я сама стала жестокой, и научилась так драться, что заработала себе авторитет!
- Авторитет! – ухмыльнулся Дмитрий Михайлович, - разговариваешь, как урка. Интересно, что бы сказала твоя мамаша, эта тихая, серая мышь?
- Не смейте так говорить о моей матери! – закричала Вира, и от злости саданула ему когтями по лицу, - урод! Кобель! Я всё вашей жене расскажу! Меня ваша холёная физиономия бесит! Кто вам дал право распоряжаться судьбами людей?
- Заткнись, дура! – процедил Дмитрий Михайлович, - кто ты против меня? Задница! Расскажи жене, а я тебя в бетон закатаю.
Услышав это, Вира отшатнулась, и вдруг поняла, что он не шутит. В его глазах не отразилось ничего. Пустота. И от этого было ещё страшней.
И в этот момент в комнату вбежала прехорошенькая девушка.
Красавица с тёмно-каштановыми волосами, и голубыми глазами.
- Папочка, меня сегодня так хвалили! – воскликнула она звонко, и чмокнула Дмитрия Михайловича в щёку, а тот преобразился на глазах. Вира смотрела на новоявленную сестричку, и видела безграничную любовь в глазах отца...
У него даже выражение глаз стало каким-то затуманенным, когда он смотрел на законную дочь, а Вире было обидно.
Она бросилась бегом из квартиры, лишь бы не видеть ни
отца, не видеть сестру...
- Ненавижу, - говорила она Рине, - сволочь! За человека меня не считает! – а потом она исчезла.
- Я уверена, это сестрёнка её новоявленная руку приложила, - воскликнула Рина.
- Откуда такая уверенность? – удивилась я.
- Да она приходила сюда, сучка. Ввалилась такая краля, в бренде, и на шпильках, не знаю, о чём они говорили, но Вира вытолкала Дарью взашей. И чего та хотела? С виду ангел, конечно, но я уверена, что только с виду.
- Разберемся, - деловито сказала я, - а какие-нибудь координаты Лазуретова у вас есть?
- Никаких, - грустно вздохнула Рина, - я о нём ничего не знаю, кроме фамилии, имени и отчества, ну, и ещё, что он дико богатый.
- Ладно, найдём, - кивнула я, поблагодарила за угощение, и покинула гостеприимную квартиру.
Сейчас разгребу завал в издательстве, и заодно позвоню Димке. Пусть со своими мафиозными связями послужит на благо отечества.
В лифте я столкнулась с Региной и Кристиной, и последняя с мрачным видом обсуждала свою свекровь.
- Вот сука! – процедила она, - с утра нервы взвинтила. Зачем каблуки одеваешь? Ты там, в редакции своей, мужиков, что ли, соблазняешь? Дура! Тебе лучше, ты не замужем.
- Бывшая мне тоже кровушки попила, - вздохнула Регина, и я вздрогнула, услышав звон мобильного.
- Слушаю, - ответила я.
- Викуль, конечно, это не моё дело, но твоя мать несносна, - заявила Анфиса Сергеевна, - она мне сейчас звонила, и требовательным голосом отдала распоряжение, что прибудет к обеду. Это как понимать? Может, этот вопрос можно будет как-нибудь урегулировать?
- Не переживайте, я ей сейчас позвоню, - я отключилась, и набрала номер матери.
- Привет, Викуль, что случилось? – спросила маменька.
- Мам, зачем ты хамишь моей свекрови? – сурово осведомилась я, - она чудесный человек, а ты её обижаешь.
- Я обижаю не её, - свирепо ответила маман, - меня бесит твой
Макс.
- Мам, к твоему сведению, она со мной, как с родной по крови. Мы частенько ведём задушевные разговоры, перестань. Она-то тут при чём, что тебе стукнуло в голову, что я должна быть Димкиной женой?
- Дочь, не ершись, - вздохнула маман, - ладно, не буду над ней глумиться. Может, перекусим где-нибудь в городе? Я позвоню Анфисе Сергеевне, извинюсь, и скажу, что не приеду. Я за тобой заеду. В два пойдёт?
- Вполне, - ответила я, дверцы лифта в этот момент раздвинулись, и я шагнула в офис.
Первое, что я увидела, это громадный букет роз. Штук пятьдесят, не меньше, лежал на стойке у секретарши. Шикарные, ослепительно-алого цвета.
- Какая красота! – невольно восхитилась я, - у тебя завёлся богатый кавалер? – спросила я у Риты.