– Наверняка он не в ладах с полицией, – продолжала Бекки. – А тут еще малолетняя проститутка. Нет, он в полицию не сунется… Знаешь, мы сейчас отправимся с тобой в город. Там у меня квартира. Я познакомлю тебя с моим мужем… Посоветуемся.
Ширли безучастно кивнула.
Несмотря на ранний час Антони дома не было, но Бекки это не трогало. Измученную Ширли она уложила спать.
Она смотрела на спящую. Волна сентиментальной радости уносила сомнения. «Спи, моя крошка, моя спасительница. Я буду любить тебя, моя девочка. Буду гладить твои бледные щечки, твое худенькое тельце. Ты станешь моей маленькой послушной киской. С тобой мне будет легко, ты выполнишь все, что я прикажу. Верно? Ты не станешь возражать мне», – Бекки разглядывала контуры фигурки, завернутой в плед, разметанные по подушке волосы.
Ширли зашевелилась. Бекки вышла, осторожно прикрыла дверь.
Отдохнув, Ширли появилась в гостиной.
Бекки отвернулась от телевизора, взглянула на Ширли.
– Ну как? Выспалась? Иди ко мне, посиди.
Ширли послушно присела на край дивана, кутаясь в халат Бекки.
Бекки привлекла гостью к себе.
– Благодари судьбу, крошка, что попала ко мне. Теперь в твоей жизни не будет проблем. Скоро придет мой муж и обрадуется нашей гостье. – Бекки подняла лицо девочки за подбородок, заглянула в глаза. – Такая хорошенькая, просто прелесть. Я уже люблю тебя! – Бекки поцеловала Ширли в лоб. – Только, такая худенькая… Ничего, мы тебя откормим… Сними-ка халатик, я посмотрю на тебя.
Ширли выполнила просьбу без особой охоты, она стеснялась этой красивой странной тетки. Не привыкшая к доброте, Ширли ждала какого-то подвоха.
Бекки поставила обнаженную Ширли перед собой. Фигурка девочки была безупречной: длинные ноги, тонкая талия, гибкая шея, маленькая грудь… только вот множество синяков на теле…
– Что это? – Бекки тронула кончиком пальца синяк вокруг соска. – Он так обращался с тобой?
– Не он, его клиенты, – потупясь, ответила Ширли.
Бекки притянула девочку к себе на колени и принялась гладить худенькие плечики. Губы ее потянулись к синякам, она ласково, осторожно стала целовать их.
– Моя маленькая, моя бедненькая… Как они издевались над тобой, – Бекки покрывала поцелуями дрожащее тело. Грудь, живот… Движения ее становились тяжелее, лихорадочней, словно руки заполнил свинец, а в глазах плавали оранжевые круги. Она раздвинула девчоночьи ноги. – Покажи, как у тебя там. О, как сладко! – Бекки прижалась лицом к коленям девочки, продолжая истово целовать их. Все настойчивей, страстней. Все ближе к манящей ее сейчас цели. Коснувшись кончиком носа жестких курчавых волос, Бекки с силой прижалась к девочке и, высунув язык, тронула теплую нежную плоть…
Ширли застонала…
Бекки, оглушенная совершенно новым для себя состоянием, не чувствовала ничего, кроме сладостных волн, что подняли ее на своем гребне. Все выше и выше. Она, казалось, покинула землю и парила в чистой лазурной глубине неба в полной невесомости…
Они неподвижно лежали, отдыхая. Ширли прикрыла глаза. В ее маленькой головке теснились сумбурные мысли: «Ну и черт с ней! Пусть так и будет! Она хотя бы не станет торговать мной. Видно, сама богатая, ей мои деньги не нужны. Вон квартира какая, в сто раз шикарней, чем у того гада, Мануэля… А дом?! Миллион, наверное, стоит… » Когда вернулся Антони, Бекки и гостья мирно сидели за столом.
– А вот и Тони! – радостно воскликнула Бекки, выскакивая из-за стола. Она прильнула к щеке мужа, затем обняла его за талию, подвела знакомиться.
Ширли взирала на Антони широко распахнутыми невинными глазами.
– Вот так радость, – улыбнулся Антони. – Какая лапонька! – Он погладил Ширли по щеке. – А что едят мои девочки? Накормите своего голодного папочку, а то он сожрет своих красавиц! – Антони надул щеки и состроил смешную гримасу.
Они сидели на диване перед телевизором, но Антони не очень вникал в происходящее на экране. Он смотрел на нежный профиль девочки, чувствуя на себе насмешливый взгляд Бекки. Словно та удивлялась робости своего муженька…
Антони сгреб лицо Ширли огромной пятерней, привлек к себе и широко распахнутым ртом впился ей в губы.
Ширли не сопротивлялась. Наоборот, сообразив, что от нее требуется, она сбросила халатик, привычным движением руки высвободила рвущуюся на свободу плоть своего нового папочки и ловко взгромоздилась на нее.
Рядом пристроилась Бекки.
Вот и новая семья!
Семья весьма прочная – одна постель, один кумир – секс. И полное равноправие. Хотя…
