– Нет; по крайней мере, таких, которые я мог бы предъявить, – сказал он. – Оборудование потребовалось мне именно для того, чтобы попытаться найти и исследовать антиангела, эквивалентный квант зла.
Подолак покачала головой.
– Квантов зла не существует, – негромко произнесла она. – Равно как и сами ангелы не являются квантами добра.
Коста нахмурился:
– Я привык считать
– Общепринятая еще не значит правильная, – возразила Подолак. – Я не знаю, что представляют собой ангелы и как они воздействуют на людей, которые находятся с ними в контакте. Уже саму мысль о том, что они – крохотные порции столь расплывчатого и неопределенного явления, которое мы называем добром, можно легко опровергнуть.
– Каким образом?
– Влияние ангелов пассивно, во всяком случае – как правило, – ответила Подолак. – Они не принуждают людей к добру.
Женщина пристально смотрела на Косту, у краешков ее губ залегли складки.
– Вы знаете что-то, – осторожно заговорил он, – чего не знают остальные?
Губы Подолак превратились в жесткую линию.
– За последние десять лет, когда эксперимент с ангелами принял широкий размах, не менее семи Верховных Сенаторов были уличены в подлогах, казнокрадстве и злоупотреблении властью.
У Косты отвалилась челюсть. Он думал, что Подолак попытается уйти от ответа, сославшись на какие-нибудь маловразумительные данные исследований по контролю над ангелами, проводившихся в Институте.
– Вы серьезно?
– За тот же период времени, – продолжала она, – еще по крайней мере пятьдесят человек, носящих ангелов, совершили деяния, граничащие с беззаконием.
– И вы умудрились сохранить это в секрете?
– Верховный Сенат справляется с подобными затруднениями весьма эффективно, – ответила Подолак. – Между прочим, у большинства чиновников, о которых я говорила, была обнаружена психоэмоциональная неустойчивость, которую они до поры до времени успешно скрывали.
– Тем более люди должны знать об этом, – возразил Коста.
– Вы правы, – согласилась женщина. – Если бы это зависело от меня, они бы узнали.
– Так от кого же это зависит? – спросил Коста. – От Верховного Сената?
– Большинство Сенаторов ничего не знают, – сказала Подолак. – Только самые высокопоставленные руководители и несколько старших офицеров СОЭ. По их мнению, разоблачение семи бесчестных Сенаторов за десять лет вряд ли свидетельствует о масштабной коррупции.
Коста фыркнул:
– Скорее они попросту хотят прикрыть свою задницу, ведь все эти годы народу твердили, какой благонравной и добропорядочной стала власть под влиянием ангелов.
– Не думаю, – отозвалась Подолак. – Дело в том, что ангелы действительно оказывают положительное воздействие. По крайней мере, в большинстве случаев. Они способствовали слаженности и эффективности работы Сената, а также снизили уровень преступности в его рядах.
– В какой мере?
– Достаточно существенно, – ответила Подолак. – За двадцать лет до введения закона о ношении ангелов более двухсот Сенаторов были обвинены, осуждены либо отправлены в отставку за противозаконные и аморальные деяния.
– Да, звучит впечатляюще, – признал Коста.
– Аналогичная картина наблюдается среди офицеров СОЭ и представителей власти на местах, носящих ангелов, – продолжала Подолак. – Теперь вы видите, что в их нежелании поднимать шум на данном этапе есть свои резоны.
– Но вы с ними не согласны.
Подолак вздохнула.
– Вы правы, ангелы создают у людей чувство защищенности. Беда в том, что они стали чересчур благодушны. Естественная настороженность народа по отношению к своим избранникам притупилась либо исчезла вовсе. Даже будь ангелы идеальными носителями добра, это вряд ли можно было назвать здоровым явлением. Ну а в данных обстоятельствах оно несет реальную опасность для общества.
К горлу Косты подступил комок.
– Не говоря уже об угрозе Пакса, который дышит нам в затылок, и все потому, что Верховный Сенат убедил его лидеров, будто бы ангелы – это неодолимая армия чужаков.
– Возможно, – согласилась Подолак. – Однако, не будь этого повода, нашелся бы другой. Пакс не мыслит своей жизни без завоеваний.
Коста оглянулся на штабеля аппаратуры.
– Что я, по-вашему, должен делать теперь? – спросил он.
– То же, что сделал бы любой настоящий исследователь, – ответила Подолак. – Ищите истину.
– А потом?
– С последствиями разберутся политики. – Подолак встала. – Пожалуй, вам и Язону пора отправляться в путь. К сожалению, ни вы, ни он в одиночку не справитесь со всем оборудованием. – Она чуть заметно улыбнулась. – А значит, мне придется проводить вас до ворот. Вызовите несколько грузовых тележек. Без них вам не обойтись.
Было ровно половина шестого, и в большинстве помещений «Стардаст Металз» воцарилась мертвенная тишина, когда Чандрис подошла к двери кабинета Тумза и постучала по косяку. Судя по всему, Тумз был готов к ее приходу и ждал; дверь распахнулась немедленно. Чандрис вошла внутрь.
Да, Тумз ждал ее. Он сидел на диване с пушистой обивкой, одетый в тунику до колен с изящной вышивкой. Чандрис не могла сказать, есть ли что-нибудь под ней, но полагала, что это очень скоро выяснится.
