— Я еще навещу Варию, как только она придет в чувство, — Мукуро направился к двери. — Ах да, Вонгола скоро прибудет в Италию, они обнаружили базу Бьякурана. Ты поведаешь остальным о шпионке из Мильфиоре?
— Пошел вон! — прокричал Занзас.
— Ку-фу-фу, — только смех и шаги, Рокудо покинул его кабинет через зияющую дыру в стене.
Занзас будто не дышал все это время и, наконец, поток воздуха ворвался в легкие. Ноги сами понесли его к злополучной комнате, к треклятой кровати. Женщина тихо посапывала во сне. Болезненный оттенок кожи пропал, дыхание восстановилось. Она заворочалась во сне, откинув руку в сторону. Занзас подошел ближе, дотронувшись до теплой ладошки. Она вздрогнула. Она всегда дрожала от тактильных ощущений. От его прикосновений. Занзас присел на кровать, злость охватывала разум. Он был взбешен. От того, что иллюзионист Вонголы прав. Он должен её убить. Он и так собирался это сделать. Но его что-то останавливает. Внутри все начинает ныть от одной только мысли. Мужчина наклонился, невесомо пристроив голову на её груди.
— Сука, как же ты меня бесишь.
Мукуро прибыл к временной штаб-квартире Вонголы. Тишина и покой. То, что нужно. Но скоро прибудут раздражающие Хранители. Если бы не Анита, его бы здесь не было. Если бы не Анита. Улыбка засияла на губах. Ему действительно было интересно, какой она очнется. Станет ли она второй Хроме Докуро, верно бегающей за ним или же так же останется холодна и неприступна? Если бы глупая наемница только знала, сколько эмоций она будоражит в его сердце. А ему всю жизнь приходится играть роль «брата», который всегда готов прийти на помощь. Теперь все должно измениться.
Иллюзионист упал в объятья кровати, устало закрыв глаза. Как будто это было только вчера. Их первая встреча. Будучи в аду, он встретил ангела, вытащившего его из адского пламени. Он помнит, как было больно от ежедневных пыток в роли лабораторной крысы. Но в тот день, в жгучем отчаянии, появился маленький лучик надежды.
Звук приборов противно пищал над ухом, заменяя стрелки часов. Будучи мальчишкой, он часто отсчитывал так время своих мучений в белой комнате лаборатории, где вокруг сновали люди в белых халатах. В его вены снова что-то поступало, из-за чего хотелось скорее умереть. Он старался зажмуриться, чтобы провалиться в сон. Но в этот момент его, сжимающий до боли, кулачок накрыла чья-то теплая ладошка.
— Не бойся, когда-нибудь мы выберемся отсюда, — прозвучал девчачий тихий голосок.
Мальчик распахнул глаза, не веря своим ушам. Вместо противного монотонного голоса ученых, он отчетливо слышал теплый детский глас. Он повернул голову в сторону и встретился с отчаявшейся улыбкой, которую этот наивный ребенок пытался выдать за подбадривающую. Девочка открыла изумрудные глаза и нехотя убрала руку с его кулачка. Вернулись палачи в халатах. Они отключили брюнетку от аппаратов и откатили её кушетку в сторону, задернув штору. Мукуро проморгал, пытаясь разглядеть, что там происходит. И в это мгновение он увидел чудо. Он готов было поклясться, как увидел тень больших крыльев, что распростёрли воздух. Снова писк приборов. Взмах. Писк. Взмах. Он завороженно смотрел на знамение, что подарило надежду, и прошептал лишь одними губами:
— Ангел? В аду?
====== Глава 27. Воспоминания Рокудо Мукуро. ======
В то время семья Эстранео была уважаемым кланом среди мафии. Прославленная изощренным оружием, о способе производства которого никто не подозревал. Да и кому могло прийти в голову, что в шикарном особняке в стиле барокко, может находиться лаборатория, спрятанная на нижних ярусах подвала. Подумать только, зайдешь в особняк, а тебя встречают приветливые слуги, резные потолки, антикварная мебель. А тремя метрами ниже царит сырость и вечный полумрак. Никто не знал или просто не хотел знать, что подопытными кроликами выступали сами потомки безжалостных новаторов.
В то время его звали вовсе не Мукуро, хотя, он предпочитал и не вспоминать свое настоящее имя, поэтому эта информация канула в забвение. Да и кого здесь волнует, кого и как зовут? У них есть номера. Ведь так намного проще. Под стать этому месту, где с проточной трубы на потолке вечно капает вода, а пол настолько ледяной, что забываешь о том, что в Италии сейчас самый разгар лета.
— Зафиксируйте объект 137, клетки прижились, жизни ничего не угрожает.
«Объект 137», — два незатейливых слова отдались эхом в сознании ребенка. Вот так просто два слова могут стать наваждением. А всему виной эти чертовы крылья, которые олицетворяли для него свободу. Когда он еще был любимым сыном второсортного гангстера, ему часто читали сказки о сверхъестественных существах. И ангелы были не исключением. Серафимы, которые прячутся за правым плечом, оберегая нас. Мог ли такой ангел спуститься в подобный ад?
