— Готовь, что хочешь, но «Фахитас» я обязательно сделаю.
Гордо вздернув носик и непринужденно улыбаясь, Джаннет вернулась в гостиную, где их ждали соседки. Женщины догадались, о чем спорили мать и дочь, и теперь озорно переглянувшись и невинно улыбаясь, смотрели на покрывшуюся испариной Алину.
Саид ступал по поляне сплошь усыпанной мелкими цветами самых разнообразных форм и оттенков. Всей своей сущностью он ощущал теплый аромат этих нежных соцветий. Легкий ветерок развевал его локоны, а роба, приподнимающаяся при каждом шаге, чуть открывала босые стопы. Он подошел к месту, где откуда ни возьмись, росла гигантская темно-алая роза, придавившая свой толстый стебель и абсолютно неуместная в этом залитом солнцем пространстве, где царствуют полевые цветы. Несмотря на этот резкий контраст, каждый лепесток розы был великолепен.
— Каждый раз поражаюсь твоему воображению. — заметил Саид нежащейся на этой самой розе Камилле. Цветок образовал для нее нечто подобное креслу или ложу, устроившись на котором, она ощущала бархатную нежность лепестков на своей коже и вдыхала их аромат.
— А я тому, насколько прекрасно выглядишь ты, несмотря на полное отсутствие у тебя этого воображения. — ответила она, кивнув в сторону его безвскусной робы, создающей ощущение изрядной поношенности.
— Камилла, мне нужна твоя помощь. — перешел к делу Саид.
— Что-то случилось? — вздернула носик девушка.
— Может случиться, если ты не поможешь.
— Саид, на все воля Божья.
— …Даже тому, что я пришел сейчас к тебе. — многозначительно заметил он.
— Но тогда поведай мне, что тебя так беспокоит?
— Девушка. Она начала вспоминать свою прошлую жизнь. Я хочу уберечь ее. Она может сойти с ума, ты же знаешь, как это бывает.
— Саид, мы не вправе вмешиваться в то, как запрограммирован ее мозг. Это просто не наше дело. — отмахнулась Камилла своей белоснежной ладонью.
— Да, но я не хочу, чтобы из-за какого-то сбоя в этой системе она попала в психушку. Человек не должен помнить прошлую жизнь. Иначе он сойдет с ума.
— Успокойся. Как ты можешь говорить о «сбоях», подобно… Разве ты забыл, что наша цель защищать эти создания, помогать им осознать идеал слова «человек» и то, насколько он совершенен? А ты бунтуешь! — Камилла с большим укором выговаривала эти слова Саиду.
— Не смей делать такие намеки! Я никогда не уподоблюсь эгоистам. Я говорю это лишь потому, что желаю добра, а не по другим причинам.
— Саид, даже этот «сбой», вовсе не ошибка. Во всем великий замысел. И даже мы с тобой не в силах все понять.
— Я лишь не хочу, чтобы она подверглась этому испытанию и сошла с ума! — он был настойчив и не собирался оставлять Камиллу в покое.
— Почему?
Саид удивленно уставился на нее, но потом продолжал:
— Самое тяжелое испытание для души — сумасшествие. Я хочу для нее спокойной жизни.
— Почему? — вновь невозмутимо повторила Камилла, чем снова вызвала недоуменние у Саида.
— Как это «почему»? — в свою очередь попросил объяснений он.
— Почему ты так печешся именно о ней?
— Я с ней работаю… там на Земле. — ошарашенно ответил он, но понимал, что ответ этот был лишь пустой фразой, которая абсолютно ничего не объясняет.
— Саид, ты по сути своей, вообще-то, «там» работаешь. И там, на Земле сотни таких со «сбоями». Неужто общий рабочий офис так на тебя повлиял?
— Еще и то, что я уверен: она все правильно вспоминает. А такое происходит очень редко. С такой точностью почти никогда мне не встречалось. — бессвязно продолжал убеждать он Камиллу, а заодно и себя. — Я просто желаю ей спокойной жизни.
— Ты высылался даже во время этих диких инквизиций в Европе. И даже тогда ты не просил ни за кого.
— В то время ее не было.
— Значит, дело не в обстоятельствах, а в ней. — констатировала Камилла.
Саид молча смотрел на строгое лицо, утопавшее в огромных розовых лепестках и думал о том, что с недавних пор душа его содрогнулась, и он не понимает что с этим делать.
— Камилла, я лишь совета прошу.
— Ты сам все это знаешь. — вздохнула она, решив не мучать ангела допросом. Она видела, что он сам пока не может в себе разобраться. — Чтобы не вспоминать, нужно забыть. Это элементарно. Нужно переключиться на что-то другое и не зацикливаться на «фантастике». Нужно не относиться к происходящему так серьезно и полностью войти в реальную жизнь.
Саид кивнул. Камилла уже отвернулась от него, собираясь получше завернуться в розовый лист, как вдруг обронила:
— О, ты ведь тоже вспомнил ее, не так ли?
После разговора с Камиллой, Саид решил завалить Джаннет работой. Он полностью поручил ей организацию конференции так называемого международного форума. Джаннет не могла понять, как он добился такого для нее у руководства и как, вообще, они смогли доверить ей такую ответственность, если сама она никогда в жизни на это не решилась бы. Самое ужасное то, что в помощники ей никого не назначили.
— Это отличная возможность показать себя с наилучшей стороны. — говорил он ей, подавая очередной лист из разрозненной кипы бумаг, громоздившейся на его столе. — Ты должна работать в полную силу.
