— Твой отец! — объявил Саид, вызвав у девушки звонкий смех, бальзамом пролившийся ему на душу. — А теперь иди и поддержи подругу.
— Окей. Спасибо, что поднял настроение, мне намного лучше. Целую.
Это единственное слово, сказанное ею напоследок, выбило почву из-под ног у Саида, и теперь у него самого перехватило дыхание.
Холод в пещере доставал до самых костей. Эту ночь он провел на голых камнях, обмотанный одеждой, которая на удивление скоро превратилась в ни на что не пригодные лохмотья. Выловить рыбу из прозрачной речужки ему не составило особого труда, но он чувствовал, что силы неустанно покидают его изможденное тело и воспаленный разум. Ночью его снова мучила горячка. Ему снился Помпей. Он обрушивал свой гигантский, усыпанный крупными драгоценными камнями, трон на него. Он видел алые, налитые кровью глаза того, кого он называл игемоном. Трон придавил его к земле, стиснув грудь неимоверной тяжестью. Так сильно, что дышать уже не представлялось возможным. Он проснулся весь в поту, заслышав из леса одинокий волчий вой.
— Как прошла свадьба? — спрашивал Саид следующим вечером. Они с Джаннет решили снова выбраться за город. Море, отныне стало их излюбленным местом.
Они долго гуляли по берегу, держась за руки и наслаждаясь бегом манящих волн Каспия. За короткое время после взаимных признаний Саид и Джаннет стали ближе друг другу, оба ощущали себя единым целым и чувствовали себя комфортно в присутствии друг друга. Прогулявшись целый час, они вошли в уютную хибару, в каждое окошко которой заглядывал вид морского берега. Ее снял Саид для того, чтобы они с Джаннет могли пообедать и побеседовать, когда на море станет прохладно. Саид разжег камин.
— Все прошло просто замечательно! — если не считать того дурацкого приступа паники, добавила девушка про себя. — Мы столько веселились! Только родители под конец растрогались. — говорила Джаннет, вытаскивая из поношенной тряпочной сумки еду для перекуса.
— Видимо, представили тебя на месте невесты? — догадался Саид и подумал, суждено ли ему вступитиь в брак с этой девушкой и какой бы прекрасной она была невестой.
— Да, — смутилась Джаннет, распаковывая легкий салат, который приготовила сегодня днем, прежде чем встретиться с Саидом.
— Кто твой папа по специальности? — перевел он тему.
— Химик. Он работает на заводе. — «А твой?» хотела спросить она, но вовремя прикусила губу, вспомнив грустный рассказ Сары о тяжелом детстве Саида.
Саид, усевшись в дряхлое креслице, которое казалось вот-вот рассыпется от старости, уже нанизывал на тонкие шампуры сосиски, чтобы жарить их у камина. Но словно заслышав невысказанный вопрос, замер и отложил все в сторону.
— Мои родители в разводе. Отца я давно не видел. Видимо, сын ему не нужен. Да и я не нуждаюсь в нем. — это была запретная тема. Да, он был ангелом и имел мудрость, но именно как ангел он не мог понять родителей, отказывающихся от своих детей, если все в их жизни предрасполагает лишь к счастью. Саид никогда и никому не рассказывал о своем детстве, и Джаннет поняла: она первый человек, с которым он делится переживаниями.
— Неправда, в тебе говорит обида. Все дети нуждаются в родителях.
— Нет, это правда, Джаннет. Они поженились, повинуясь короткой влюбленности, а потом начались ссоры и бесконечные драки. Я рад, что они расстались. Маме приходилось очень тяжело. — Саид замолчал. По-видимому, перед его невидящим взором, обращенным к пламени камина, предстали тяжелые воспоминания. Переведя дыхание, он заключил, — Их брак был ошибкой молодости.
— Вовсе нет! — ответила Джаннет, садясь на краешек единственного в комнате кресла. Ей вдруг ужасно захотелось проявить проснувшуюся нежность к этой сильной личности, открывшей перед ней свои детские переживания. Она по-матерински притянула к своему сердцу голову Саида. — Уверена: твоя мама вновь бы пошла на это, зная, что у нее родится такой сын! — Сказав это, она поцеловала его в макушку.
Саид почувствовал необыкновенное умиротворение, покой и безопасность; так они долго просидели в обнимку, забыв о еде и обо всем на свете, глядя на огонь в камине, пока Саид не провалился в блаженный сон, который редко доводилось ему иметь. Он не знал долго ли или совсем немного спал, но он чувствовал счастье и тепло. Открыв глаза, он увидел, что Джаннет тоже уснула, скатившись ему на колени и теперь мирно посапывала, положив голову ему на плечо. Сильные чувства вытеснили любые тревожные мысли, которые могли прийти ему на ум. Саид смог почувствовать полностью весь свой внутренний и внешний мир. Ему теперь показалось, что все эти тысячи бесчисленных лет, которые он даже не пытался никогда сосчитать, он летал по Вселенной как неполное, несовершенное бытие. Лишь с Джаннет Саид смог почувствовать свое совершенство, ибо только рядом с ней он становился таковым. Теперь он понял, почему люди говорят, что находят свои половинки. С Джаннет он чувствовал в душе полноту бытия.
