— Если на выходе не стоит уже сотня-другая инквизиторов…
— Тогда я не выберусь. — Пожал плечами Юра-сан. — Как и Всеволод.
Медведеву захотелось взъерошиться и по-звериному оскалиться. Почувствовал, как лицо сводит в гримасу и одёрнул себя. Подтянул ноги, упёрся локтями в колени и обхватил голову. Пальцы тут же запутались в слипшихся от крови волосах. Задумчиво стал расчёсываться, с трудом раздирая спутанные засохшие прядки. Нехороший получался разговор. И хуже всего было то, что он сам ещё не мог сказать определённо, на чьей он стороне. Да и не существовало для него пока «сторон». Было единое сообщество попавших в странный мир сиреневого металла и прозрачных стервятников. Был он. Был его друг Юрка. Был Полынцев, будь он неладен — тоже свой, но… И были тэра. И тоже — люди. Тоже — отдыхают, смеются, голодают, дерутся, умирают. И все — «свои». Потому что есть и «почужее» вокруг. А потом? Потом, когда изменится окружение и закончится противостояние со стервами… Как будет потом? Перейдут границу и тут же разделяться на три отряда? И повезёт, если будут друг друга сторониться, а не убивать. Потом… Это будет потом. Нужно решать проблемы последовательно. В очередь, в очередь, сучьи дети! В очередь!
— Срок вряд ли будет большим. Да и им ещё доказать надо, что ты шпионил для тэра.
Зубров фыркнул и взглянул насмешливо:
— Ты что, Мих? Какой срок, побойся бога! Это смешно — обвинять открыто в шпионаже на никем не признанную расу!
Михаил понял, что сморозил глупость и осёкся. А Зубров продолжил спокойно, словно к нему это не относилось:
— Попытаются захватить и, если удастся, то отдадут в «Р-Аверс». У них закрытая научная база. Всё, что ждёт тэра там, это работа донором. Вечная. И жить не дадут, и сдохнуть. Кровь тэра — вот что важно. Политические мотивы и законодательство тут ни при чём. Важен доступ к чудотворству.
Михаил стиснул кулаки и пристукнул по колену:
— И вся эта возня с Маугли..!
— Не более, чем поиск нового донора, — кивнул Юрий. — Видимо, старый уже не в состоянии восстанавливаться. Потому и подорвались схватить хоть кого-нибудь. О наших школах они наверняка знают порядочно. Но в спешке удалось только младшего захватить… Или опасались идти на более серьёзную добычу. Или рассчитывают, что уж мальчишку-то точно обломают. Впрочем, возможно, что он — не более, чем подсадная утка. А цель — я.
— Прицел свинчу нафиг, — буркнул Медведев. — Если они знают местоположение ваших баз, то почему не сотрут их к едрене фене?
Зубров пожал плечами:
— А зачем, Мих? Уничтожать тэра — не в чьих интересах. Ведь тэра сейчас единственные погранцы Земли. Убей нас — человечество останется голым перед всем многообразием мира. А ты теперь, думаю, уже понял, что большинство сказаний и мифов — не сказки вовсе. И мало человечеству не покажется, прежде чем вы хоть какие когти-клыки нарастите для самообороны. А сильным мира вашего нужна не наша гибель, а обладание нашими возможностями. За стенами баз «Р-Аверса» проводят эксперименты по изменению способностей людей. Созданию идеальных солдат из людей. Послушных, безвольных, но сильных. Людские слабости помноженные на нашу мощь. Для этого и нужны части тэра — кровь, нервы, костный мозг, лимфа, ткани печени… Благо, мы быстро регенерируемся. Идеальные лабораторные мышки. Попытки модификации людей с помощью тканей тэра длятся там уже лет сорок, но пока ни к чему не привели. Да что там «Р-Аверс»! Во времена второй мировой и не такие эксперименты проводили. С нашими…
— И вы всё это время знали?!
— Знали, — Зубров отвёл глаза: — Есть строгое постановление Схода о неприкосновенности таких баз. Все тэра, что попадают туда, заранее считаются погибшими.
Михаил в сердцах сплюнул. Юрий заметил, упредил жёсткий вопрос:
— Не думай, что мы так легко бросаем своих, Мих. Этот исключение из правил.
— Судя по тому, что происходит сейчас с нами, оставлять своих на чужой территории без поддержки и помощи для тэра — норма жизни, — хмуро отрезал Михаил.
Юрий покачал головой:
— Нет, Мих. Если небо будет благосклонно, а мы достаточно упёрты, то Храмы смогут нам помочь. Не думай, что им легко даётся вынужденное бездействие. Потерять подготовленный отряд «щитов» — это катастрофа для линии Одина-та. Это — цвет их воинства. Сейчас наверняка на границе, скрипя зубами, ждут сигнала «мечи» Храма. И им не улыбается стать похоронной командой.
— Ага. Только нам-то с того, что они там зубы сточат!
— Тэра не оставляют своих, — сухо повторил Юрий. — «Р-Аверс» — это особое. Я не знаю, что. Но уверен, что есть причины у глав Схода поступать так. Даже теряя сильнейших воинов.
Медведев передёрнул плечами:
— Политика и личные интересы. Что, чаще всего, одно и то же. Деньги. Власть. Слава. Три кита подлости.
