В штыки было принято предложение изменить и стандарты традиционных английских сыров «Стилтон» и «Чеддер», то есть количество жиров и процент влажности. Производители сыров заявили – это невозможно. Перемены изменят вкусовые качества сыров. Потому стандарты надо защищать. И проблема здоровья тут ни при чём. Тот, кто не хочет есть «Стилтон», пусть не ест. Но кто предпочитает «Стилтон», должен чувствовать вкус «Стилтона», а не чего-то такого, что соответствует стандартам. В конце концов, это часть британской культуры и истории. Вот такой аргумент.
Ну, а под конец разговор о стандартах английской жизни, которые являются предметом национальной гордости, то есть несколько слов о вещах несочетаемых – британской респектабельности и вшивости. Можно было уверенно сказать, что вполне благополучное в целом английское общество покончило с этим спутником бедности и бескультурья. Но скандал с шампунем, предназначенным для борьбы с гнидами и вшами, напомнил людям, что вши и благополучие – вещи вполне совместимые. Шампунь этот был изъят из продажи вовсе не из политических соображений. Избавляя от вшей, он вызывал раковые заболевания. Строго говоря, вшивость не является отличительной чертой англичан. Но эта информация вовсе не лишняя для россиян. Она полезна им именно из политических соображений. В эпоху свободы печати промелькнуло сообщение, что в Москве в 1995 году вшивость поразила более пяти тысяч человек. И вот в российской прессе появились рассуждения, что вшивость – результат реформ, смены общественной формации, классового расслоения общества и так далее. На примере Англии, где было куда спокойнее, чем в России, можно утверждать, что вшивость – это, в первую очередь, желание или нежелание мыться и содержать себя в чистоте. Хотя, конечно, бедность, разорение вполне способствуют ей. Но хорошо бы вспомнить вшивость, поражавшую советских людей при тоталитарном режиме – во время раскулачивания, репрессий, войн, сопровождавших правление Сталина. Так что нет разницы между пореформенной вошью и тоталитарной. Идеология тут не самое главное. Коммунисты же, широким фронтом двинувшиеся тогда на завоевание мест в Думе, полагали иначе.
Нередко можно слышать, что Англия – это страна, которая сопротивляется прогрессу. Признаки такого сопротивления в самом деле, трудно не заметить. И прежде всего в структурах власти. Готовы ли британцы, скажем, отказаться от монархии? Даже намёка на единство нации в этом вопросе нет. О королеве и дворе писали и пишут едва ли не в каждом номере здешних газет. Пишут, потому что читают и потому что поклонников двора среди англичан гораздо больше, чем можно предположить. Немыслимая очередь, выстроившаяся у входа в лондонскую резиденцию королевы, состояла в основном из британцев. Они приходили с рюкзаками, оставались тут, на площади, когда впервые Букингемский дворец открыл свои ворота для всех, кто готов был заплатить за билет до восьми фунтов. Сумма немалая. Но желающих посетить дворец более чем достаточно. Ежедневно дворец посещает пять-шесть тысяч человек. Все собранные средства от этой монаршей затеи идут на финансирование работ по реставрации Виндзорского замка, пострадавшего при пожаре в ноябре 1992 года.
Британцы оплачивают и содержание двора. И хотя налогоплательщики ворчат – ничего не меняется. Возможно, нация понимает, что подрывать устои, рушить традиции – а монархия – это, конечно, традиция – обойдётся дороже. Правда, королева заявила о намерении платить налоги. Однако и тут единодушного одобрения нет. Куда годится, возражают убеждённые монархисты – вставать Её Величеству на одну доску с подданными.
Королевский двор – лишь один из анахронизмов государственного устройства. В Англии сохраняется самый консервативный в мире парламент. Заведённый порядок и… беспорядок тут не меняется столетиями. Едва ли не то же самое можно сказать о судебных органах. Судопроизводство ведётся по выработанным правилам, которые берут начало в XIX веке. В результате попадающие на скамью подсудимых, например, сохраняют за собой право отводить нежелательных им присяжных заседателей столько раз, сколько они захотят. В Англии отказ давать показания исключает принятие судебного решения. Этими и другими правами подобного рода пользуется преступный мир. Судебные процессы затягиваются до бесконечности и обходятся весьма дорого тем же налогоплательщикам. Недавно назначенная специальная комиссия внесла предложение по изменению прав подсудимых. Но пока что предложения опубликованы в прессе и вынесены на обсуждение публики…
