В интересах здоровья детей и их воспитания закон ставит очень строгие преграды найму детей. За редкими исключениями, закон вообще запрещает для детей, моложе 12 лет, труд, предназначенный для извлечения выгоды; лица моложе шестнадцати лет не могут быть привлекаемы в уличной торговле или использованы в ней и не могут посылаться для сбора милостыни. Кроме того, местным властям (т. е. советам графств и городов) предоставлены значительные полномочия для наблюдения за наймом лиц до 18-летнего возраста и для ограничения его.
Вероятно, одной из самых замечательных новых мер в области детской преступности является та, которая уполномачивает всякое лицо, опекающее ребенка или несовершеннолетнего, в случае невозможности руководства им вследствие его «непокорного» характера, обратиться к суду для несовершеннолетних с целью помещения этого несовершеннолетнего в «одобренную» школу или под надзор судебного попечителя. Право судов отпускать несовершеннолетних преступников на испытание сильно расширено Актом о детях и несовершеннолетних 1933 г.
При сравнении уголовного права с гражданским мы не раз обращали внимание на неясность различия между ними и в то же время на существенное значение этого различия. До сих пор мы могли временно довольствоваться различием, установленным между королевскими тяжбами и тяжбами подданных (или общими тяжбами); это отличие, несомненно, имеет как большое историческое и общественное, так и чисто юридико-техническое значение. Но вряд ли оно так существенно, чтобы оправдать в глазах неюриста то большое различие в принципах, которое замечается при отправлении уголовного и гражданского правосудия. Человек без юридических познаний обычно приписывает это различие тому, что он называет склонностью юристов вдаваться в бесплодные, чрезмерно тонкие различия.
Поэтому, если это возможно, то нам важно показать, что гражданское право отличается от уголовного не только по форме и процедуре, но также по характеру и задачам. Эту цель легче всего достигнуть путем противопоставления санкциям уголовного права, объясненным в предшествующей главе, санкций гражданского права, принципы которых будут разъяснены в заключительных главах нашей книги. Именно из противоположности санкций обеих систем легче всего понять противоположность их духа и целей. Санкции одной системы (именно уголовного права) носят, говоря коротко, карательный или, но крайней мере, дисциплинарный характер; санкции другой системы (гражданского права) имеют характер восстановительный или компенсационный. Первым всегда присущ в большей или меньшей степени дух сурового осуждения и наказания, и в более серьезных случаях этот характер уголовных санкций бывает выражен очень ярко, в чем может убедиться всякий, кто присутствует в суде, когда слушается, например, дело об убийстве или грабеже. Атмосфера гражданского дела напоминает деловую встречу, при которой выражение каких-либо чувств или морального возмущения совершенно не у места и которая ставит себе единственной целью по возможности скорое урегулирование дел. Простейшей иллюстрацией этого различия служит хорошо известное правило, что условие в договоре, имеющее целью наложение штрафа на ту сторону, которая нарушит договор, не может (в отличие от простого обязательства уплатить возмещение) получить принудительного исполнения. Штраф является санкцией, свойственной только уголовному праву.
Санкции гражданского права вытекают в основном из трех главнейших источников, именно: из общего права, права справедливости и купеческого права, сущность и история которых были кратко изложены в одной из первых глав нашей книги.
1. Возмещение в натуре или реституция. Первые иски общего права были известны под названием «реальных исков» (real actions), т. е. таких, при которых, в случае успеха, истец фактически получал обратно утраченный им предмет. Они могли относиться только к недвижимости и только к таким правам на недвижимость, которые носили характер свободного держания («seisin») или феодального владения землей. Это обстоятельство служит ключом к истории таких исков. Свободное держание недвижимости предполагало действенное осуществление своих функций королевским правительством, так как феодальные держатели были обязаны королю военной и всякой другой службой, которая была связана с подобным держанием. Поэтому королю было очень важно знать, как «испомещена земля и какими людьми занята». Вследствие этого при наличии двух соперничавших между собой претендентов на владение фьефом неизбежно должны были быть призваны королевские судьи для решения спора и предоставления держания тому претенденту, который имел более сильное право. Так приходилось им поступать в интересах короля, своего господина.
