К Артуро подошел высокий мужчина средних лет в голубом хирургическом костюме и молча, словно боясь сказать лишнее, застыл египетской мумией у изголовья кровати. Выражение лица, показавшегося знакомым, врача не предвещало ничего хорошего.
— Мы с Вами знакомы? — начал разговор Артуро, которого от волнения уже начинало трясти.
— Да, мы встречались в центре помощи. Я коллега Вашей жены. Меня зовут Льюис. Доктор Льюис Мэнсон. — о чем-то не договаривая, представился Доктор. И спросил. — Как Вы себя чувствуете?
Артуро вспомнил, как Дина представляла ему этого долговязого в один из тех редких случаев, когда приходилось зайти внутрь христианского центра. Уж больно Артуро не нравилось находиться среди больных.
И вот он сам лежит на больничной койке, в полном неведении о судьбе свое половины.
— Вы знаете, что с Диной? — боясь своего вопроса, проговорил Артуро, показывая, что его самочувствие не имеет сейчас никакого значения.
Льюис переступил с ноги на ногу и так сильно сжал челюсти, что послышался скрип его зубов. Ему явно было трудно что-то выговорить.
— Вчера Вас с Диной извлекли из-под завала, — медленно, подготавливая к какой-то тяжелой новости, протянул др. Мэнсон. — Увы, Дина сильно пострадала.
— Насколько сильно? — не теряя надежды, переспросил Артуро.
— Её правая часть тела, таз, кишечник, печень, правое лёгкое повреждены, обвалившейся на них частью стены.
Артуро смотрел на Льюиса в надежде услышать больше, но тот молчал, и молчание становилось невыносимым.
— Это же можно исправить? Вы сможете её поставить на ноги? — скорее настаивал, чем спрашивал Артуро.
— Послушайте, мы сделали всё, что было в наших силах. Но, к сожалению, повреждения настолько обширны, что мы не сможем даже при пересадке разрушенных органов, восстановить работоспособность её организма. — Льюис всеми способами пытался обойти слово «смерть».
— Она, — Артуро запнулся, сдерживая слезы, — не выживет?
— Боюсь что это неизбежно. Я сожалею, — извиняясь проговорил доктор.
— Где она сейчас? Я могу её увидеть? — справляясь с нахлынувшими эмоциями, спросил Артуро.
— Мы, насколько можем, поддерживаем её жизненные функции. Он здесь, рядом, в соседнем крыле госпиталя. — продолжал оправдываться хирург. — Вы можете её увидеть. Но это пожалуй всё, что вы можете для неё сделать.
— Проводите меня к ней. — сквозь зубы процедил Артуро.
Льюис намеревался усадить его в кресло каталку, но Артуро наотрез оказался в неё садиться, заявив, что он здоров и на своих двоих пойдет быстрее.
— Конечно, следуйте за мной. Вы сами идти сможете? — Мэнсон подал было больному руку, но Артуро предпочел воспользоваться спинкой кровати в роли помощника.
Сильное головокружение, сопровождающееся головной болью, не способствовало ровной уверенной ходьбе.
Мазони пытался придерживаться курса, задаваемого доктором Мэнсоном. Возможно, прошли они не очень далеко, но в данных обстоятельствах путь казался бесконечно долгим. Встреча с любимой женщиной, какой бы трагической она ни была, казалось, никогда не произойдет.
Наконец они уперлись в стального вида дверь, пройти через которую было доступно лишь некоторым сотрудникам госпиталя, одним из которых явно был докторр Мэнсонон.
Металлическая дверь не вписывалась в архитектурные особенности этого здания. По-видимому, она принадлежала помещению, целиком внедренному по экстренной необходимости в просторный зал здания.
Дверь, как по волшебству, поднялась вверх, оставив свободный проход шириной в два крупных человека.
За дверью Артуро увидел пятнадцать, расположенных рядами по пять, сверхсовременных камер экстренного поддержания жизни.
Они служили как для продления жизни тяжело больным с целью их дальнейшего исцеления, так и для поддержания жизненных функций в телах, чьи хозяева добровольно согласились на пересадку свих органов после установления факта биологической смерти. Остальное пространство комнаты занимало различное медицинское оборудование.
Льюис уверенным шагом человека, неоднократно бывавшего в этом помещении, проследовал в сторону камер.
Артуро на секунду замер в проходе.
Они явно пришли. В одной из этих камер должна находиться Дина.
Он попытался найти её сквозь «окошки» оставленные в изголовье субмариноподобных конструкций камер.
В ближайшей к раздираемому чувствами мужчине «спала» невероятно бледная, но всё такая же красивая жена Мазони.
Наконец он встретится с любимой, быть может в последний раз.
В одно мгновение всё и все вокруг перестали существовать. Во вселенной остались только они с Диной.
Он не заметил, как приблизился к камере, которая удерживала его единственную в стане живых. Артуро положил руку на стекло, отделяющее его от лица любимой.
— Я испугался, что потерял тебя, — проговорил Артуро, обращаясь к неподвижно лежащей супруге. — Ты только не сдавайся, мы вместе выкарабкаемся.
Его сознание отказывалось воспринимать происходящее как трагедию. Они снова вместе, Дина крепко спит в необычной постели, вокруг безмятежная тишина. Но что за шум мешает им оставаться наедине?
Реальность начала обретать очертания.
Артуро претило осознавать, где и почему он находится.
