— Машины, может и не обращают. Но… Они лишь солдаты на службе «Анимуса». Также они его глаза и уши. Мы здесь постоянно находимся в их поле зрения, а также непосредственно в радиусе обзора многочисленных камер. Если два ГР третьих, коими мы ему представляемся, попытаются проникнуть на поезд, отправляющийся к объекту, имеющему особое стратегическое значение, которым является атомная станция, то это обязательно вызовет как минимум его интерес. — Артуро сделал паузу, перед тем как озвучить созревающую в голове идею. — Нет! Садиться на станции чересчур опасно. Есть место, в часе ходьбы, где образуется интересующее нас ответвление железной дороги. Там состав сбросит скорость и на него можно будет заскочить на ходу. Остается только найти подходящее место без круглосуточного наблюдения и некоторое время выждать в засаде. Как тебе такой план?
— Мне подходит.
— Тогда идём, здесь тоже опасно задерживаться.
Они покинули убежище, скрывшее их от нежелательного наблюдения, и размеренным шагом пошли вдоль железных полос, оставляя позади постапокалипсическую картину города, оседающего под гнетом навалившихся на него машин.
Развилки, железнодорожные стрелки, снова развилки, снова стрелки.
Ранее, сотни грузовых составов ежедневно отправлялись из Ёминга в разные концы страны.
На выезде из города каждый состав было необходимо перевести на линию, соответствующую его маршруту. Когда-то это делалось вручную, затем стрелки переводились автоматически под строгим наблюдением человека. Но, позже пришёл век компьютеров, приведший к торжеству искусственного разума, в руки которого было предано управление и этой сферой.
Мазони шли вдоль нескончаемых пересекающихся стальных массивных прутьев к месту, где от сложной серебристой паутины должна отделиться пара рельсов, стелящихся в направлении атомной станции.
Постепенно разветвлений стало меньше и, в конце концов, осталась последняя стрелка, за пределами которой их интересовало правое крыло дороги.
Весь проделанный путь Артуро высматривал камеры наблюдения, которых становилось меньше, пропорционально уменьшению рельсовых развилок.
Установлены они были ещё людьми и служили для наблюдения за станцией с прилегающими к ней территориями, на случай предотвращения краж грузов из составов и других возможных инцидентов. Далеко за пределами станции камеры не предусматривались и, как следствие, их здесь не было.
Однако торчать столбами, посреди поля, в ожидании поезда было тоже не делом. Будучи замеченными с какого-нибудь пролетающего квадрокоптера они могли привлечь к себе лишнее внимание.
На этот случай, еще обдумывая план, и просматривая виртуальную карту местности, Артуро отметил для себя одиноко стоящее строение, которое могло помочь им на некоторое время укрыться от случайного обнаружения. Но, так как не был уверен, дожило ли оно до нынешнего дня, не стал о нем раньше времени сообщать Дине.
Испытав огромное облегчение, когда впереди замаячил скромный домик, мужчина двинулся к нему.
Миниатюрная хижина, словно сошедшая со старинной картины, изображающей сторожку станционного смотрителя, расположилась в нескольких шагах от железнодорожного полотна. Наверное, когда-то она была частью системы железнодорожного сообщения.
Здесь сидел человек, следивший за данным участком разветвляющегося пути.
Затем, настал день, когда необходимость в его услугах отпала, и домик опустел, оставленный лишь для того, чтобы сохранить память о тех славных временах, когда любая сфера деятельности нуждалась в человеческом внимании.
Запертая дверь без труда поддалась легкому нажатию катанитовой руки.
Артуро вошёл первым и осмотрелся.
Представителями скудного интерьера, открывшегося посетителям, выступили голые стены и дощатый пол. Запустение царило уже давно. Сопутствующий инвентарь отказался от гостеприимства этой лачуги вместе с последним, работавшим здесь сотрудником транспортного управления.
Дина и Артуро, за долгое время, были первыми, кого заинтересовал невзрачный объект, одиноко дожидавшийся неминуемого забвения.
Из окон открывался сомнительный в своей живописности, но первоклассный по значению вид на железнодорожную развязку и интересующий пару, участок пути.
Световой день подходил к концу. Сумерки лениво вытесняли свет, заставляя его отступать вслед за огненным шаром, медленно прожигающим горизонт.
Начав свой поход ещё до восхода, Мазони провели день в огромном нервном напряжении. Их тела не знали устали, но мозгу требовалась хотя бы малая передышка.
— Отдохни немного, а я покараулю. — Предложил Артуро. Сам же он пока отвлекаться не намеревался. — Поезд может появиться с минуты на минуту, а может через несколько часов. Так что, у тебя, возможно, будет время даже поспать.
— Да, я не устала. Нам же теперь не положено. — Пошутила женщина. — Мы вместе дождёмся.
— Лучше всё-таки отдохни. Нет никакого смысла наблюдать за дорогой вдвоём, а отдых ещё никому не мешал.
