Я удивлена тому, что из-за моего плеча выглядывает Аманда Спиттертон-Уотс. У неё выпячиваются глаза от вида моей добычи.
— Печенье скаутов? — За нами появляется ещё одно лицо со знакомым выражением смущения. Это Чизбургер. Аманда выпячивает губу в отвращении и поворачивается ко мне.
— Ты должна дать мне Син Минтс.
— Эм, да конечно, — отвечаю я. Джош строит гримасу, но я всё равно протягиваю угощение. Аманда впивается зубами в шоколадную вафлю и виснет на Этьене. Она стонет от удовольствия. Этьен пытается её оттолкнуть, но она крепко в него вцепилась. Аманда облизывает губы. К моему удивлению, на них не остаётся ни одной крошки. Как у неё получилось?
— Ты когда-нибудь их пробовал? — спрашивает она Этьена.
— Да, — врёт он.
Рашми фыркает.
За моей спиной раздаётся кашель. Чизбургер жадно смотрит на мою коробку. Я перевожу взгляд на Аманду Руку-Вцепительницу и достаю целый блок печенья.
— Угощайся, Чизбургер.
Он смотрит на меня с удивлением, а затем принимает свой обычный вид.
— О-о-о! Спасибо, Анна.
Чизбургер берёт печенье и топает к лестнице.
Джош в ужасе.
— Почему-ты-раздаёшь-печенье?
— Серьёзно. — Мер окидывает Аманду раздражённым взглядом. — Давай уйдём в более уединённое место.
Она берёт мой коробок и несет к лестнице. Всегда готовая ко всему, у Мер находится свежее молоко в мини-холодильнике. Ребята желают мне счастливого дня рождения и мы чокаемся. А затем наедаемся до отвала.
— М-м-м. — Этьен стонет на полу. — Тагалонгс.
— Я же тебе говорила, — отвечает Мер, слизывая арахисовое масло в шоколаде с колец.
— Прости, что мы тебе ничего не подготовили. — Рашми падает на пол. — Но спасибо за угощение.
Я улыбаюсь.
— Всегда пожалуйста.
— Вообще-то, — поднимается Этьен, — я хотел пригласить тебя на ужин, но, кажется, уже никто не голоден.
Он тянется к рюкзаку.
— Но ты ведь ненавидишь дни рождения! — отвечаю я.
— Не благодари. И я их не ненавижу. Я просто не праздную. Прости, что не завёрнуто.
Он протягивает мне блокнот на пружинах.
Я смущена.
— Эм… спасибо.
— Он для левшей. Видишь? — Он листает блокнот в обратном порядке. — Ты уже исписала свой заметками и рецензиями на фильмы, и я подумал, что тебе скоро понадобится новый.
Никто не помнит, что я левша. У меня комок подкатывает к горлу.
— Он идеальный.
— Я знаю, что это неболь…
— Нет. Он идеальный. Спасибо.
Он покусывает мизинец, и мы улыбаемся друг другу.
— Оу, Сент-Клер. Это так мило, — подкалывает Джош.
Этьен кидает подушку Джошу в голову.
— Ты так мне ничего не объяснила. Почему ты занимаешь именно этим? — поинтересовалась Рашми. — Пишешь рецензии на фильмы?
— О! — Я отрываю взгляд от Этьена. — Это страсть всей моей жизни. Я люблю обсуждать кино. Но в этот бизнес тяжело попасть — похоже на пожизненную должность — и мне нужно как можно больше практиковаться.
— Почему ты не хочешь стать режиссёром? Сценаристом или актрисой? — не понимает она. — Никто ведь не хочет быть критиком; это странно.
— Ничего не странно, — прерывает её Этьен. — По-моему это круто.
Я пожимаю плечами.
— Мне просто нравится… выражать своё мнение. Это ведь очень круто уметь пробуждать людской интерес к какой-либо вещи. И я, не знаю, часто общалась с одним крупным критиком из Атланты — он живёт неподалёку от кинотеатра, где я работала, и приходил к нам смотреть кино — и он как-то похвалился, что со времён Полин Кейл не было ни одного достойного женщины-кинокритика, потому что женщины слишком слезливые. Мол, мы любому немому кино готовы выставить четыре звезды. Я хочу доказать, что это неправда.
Мер усмехается.
— Конечно, это не правда.
Этьен привстаёт.
— Не думаю, что те, кто тебя знают, скажут, что у тебя легко получить хороший отзыв.
Я озадаченно смотрю на него.
— Что это значит?
— А-а-а, — театрально зевает Джош. — Так какие планы на вечер?
Я жду от Этьена ответа, но он молчит.
— А?
— Может, не будем торчать в комнате весь вечер. Пойдём проветримся.
Он говорит не про кинотеатр. Я неловко поёживаюсь.
— Я бы лучше осталась здесь.
Глаза Джоша сияют.
— Анна, ты ведь никогда не пила алкоголь?
— Конечно, пила, — вру я, но румянец выдаёт меня с головой.
Все преувеличенно кричат.
— Ты прожила здесь полгода и ни разу не напивалась? — поражается Рашми.
Я пытаюсь уйти от ответа.
— Я просто… нет. Мне это казалось незаконным.
— Ты во Франции, — отвечает Джош. — Стоило хотя бы разок попробовать.
Теперь все прыгают и скачут. Можно подумать, что это их день рождения, а не мой.
— ДА! Давайте споим Анну! — кричат они.
— Не знаю…
— Не споим, — улыбается Этьен. Он единственный из нас сидит. — Просто… пожелаем счастья.
— Счастливая попойка на день рождения, — говорит Джош.
— Счастливая, — повторяет Этьен. — Пошли, Анна. Я знаю идеальное местечко.
И так как это предлагает Этьен, мой рот открывается быстрее, чем включается мозг.
— Хорошо, — отвечаю я.
