Ну ладно, Дэйв менее привлекателен, чем Сент-Клэр. У него нескладная фигура и слегка неровные зубы, зато загорелый нос в конопушках очень даже ничего. И мне нравится, как он отбрасывает назад свои спутанные волосы, а его приятная улыбка всегда застает меня врасплох. Он, конечно, не такой мужественный, как Майк Рейнард, который постоянно обсуждает бюст Розовой Прядки. Даже когда она все слышит. И хотя я не думаю, что Дэйв придет в восторг от исторической книги или наденет смешную шапку, которую ему связала мама, важнее другое: Дэйв свободен. Сент-Клэр – нет.
Прошла неделя с нашего поцелуя, и мы теперь считаемся парой. Что-то вроде того. Мы несколько раз устраивали свидания, Дэйв оплачивал еду, ну, и посетили несколько мест возле кампуса… Но я так и не вошла в компанию его друзей, а он не подружился с моими. И это к лучшему, потом у что они регулярно подкалывают меня по поводу Дэйва.
Мы отдыхаем в фойе. Поздний вечер пятницы, поэтому в общежитии не так многолюдно. На вахте дежурит Нейт, остальные сотрудники принимают участие в забастовке. В Париже всегда кто-нибудь бастует, так что рано или поздно это поветрие должно было дойти и до нашей школы.
Джош рисует Рашми, которая болтает с родителями по телефону на хинди. Сент-Клэр с Мередит тестируют друг друга по теории государства. Я проверяю электронную почту. И с удивлением обнаруживаю письмо от Бридж. Она не писала мне почти два месяца.
– Анна, ты в порядке? – спрашивает Сент-Клэр.
– Что? – Я захлопываю крышку ноутбука.
– У тебя такой вид, словно ты узнала о закрытии «Мамули и бассет-хаунда», – замечает он.
Бридж и Тоф пойдут вместе на выпускной. Почему я расстроена? Я раньше никогда не переживала по поводу бала. Но им дадут эти крохотные фотографии. Тоф будет в смокинге, испещренном булавками в стиле панк-рок, а Бридж наденет прелестное винтажное платье. Он положит руки ей на талию, и их запечатлеют в этой неловкой позе на веки вечные. А у меня никогда не будет выпускного.
– Пустяки. Я в порядке. – Я продолжаю сидеть к Этьену спиной и вытираю глаза.
Сент-Клэр садится рядом:
– И вовсе не пустяки. Ты плачешь.
Входная дверь открывается, и децибелы тут же начинают зашкаливать. В лобби влетают Дэйв, Майкл и три девочки на год младше нас. Они все пьяны и громко смеются. Эмилия Мидлстоун, девушка с розовой прядкой, висит на руке Дэйва. Он небрежно обнимает ее за талию. Как на фото с выпускного. Неожиданно для себя я испытываю укол ревности.
Щеки Эмилии раскраснелись, и она нарочито громко смеется. Мер пихает меня носком туфли. Остальные, даже Джош и Рашми, с интересом наблюдают за происходящим. Я открываю ноутбук, стараясь скрыть бешенство.
– Анна! – Дэйв машет мне изо всех сил, и Эмилия недовольно кривится. – Ты такое пропустила! – Он стряхивает Эмилию и тащится ко мне с безвольно болтающимися руками, словно едва вылупившийся птенец с не развившимися еще крыльями. – Помнишь кафе с голубым окном? Мы украли там уличные стулья и столы и побросали в фонтан. Видела бы ты лица официантов, когда они их нашли. Обхохочешься!
Я смотрю на ноги Дэйва. Они действительно мокрые.
– Что делаешь? – Он плюхается рядом со мной. – Проверяешь почту?
Сент-Клэр фыркает:
– Возьми медальку за выдающиеся дедуктивные способности.
Ребята прыскают от смеха. Мне снова стыдно и за себя, и за Дэйва. Но Дэйв на Сент-Клэра даже не смотрит, продолжая лыбиться:
– Ну, я увидел ноутбук, увидел нахмуренные брови, понял, она чем-то увлечена, сложил дважды два и…
– НЕТ! – рявкаю я на Сент-Клэра, который уже открыл рот, чтобы выдать следующую остроту.
Тот затыкается от неожиданности.
