– Анна, все, что ты сейчас сказала, правда, но это не отменяет факта, что парень – бездомный. Не должны ли мы сперва подумать о благополучии пса? – спросил Вронский будто невзначай: он не хотел бросить вызов Анне, но стремился лучше понять ее.
– Алексей, большая часть людей не выбирает быть бездомными. Например, мои ньюфы скорее предпочтут быть со мной на улице, чем дома с кем-то другим. Но я также признаю, что я – сумасшедшая собачница, поэтому, возможно, я слишком тороплюсь. Слушай, я пойму, что делать, когда найду Джонсона.
– Это, конечно, прекрасно, но ты точно не будешь искать какого-то бездомного парня в большом городе одна.
– Тогда, я полагаю, нам нужно расплатиться по счету, поскольку остается несколько часов до присуждения главного приза выставки.
Вронский с удивлением покачал головой. Пожалуй, то, что ее ньюф получил ленту, а она исполнила детскую мечту, все-таки отбросило Анну в детство. Он встал из-за стола.
– Позволь мне расплатиться по счету, но ты должна мне десерт.
Анна подняла взгляд на красивого парня, стоящего перед ней, и кивнула.
Двое, один светловолосый и голубоглазый, другая – с гривой цвета воронова крыла и угольными глазами, казались потрясающей парой, когда вместе шли в ногу к терминалу Центрального вокзала. Сначала молодые люди осмотрели улицу у входа, показав объявление всем бездомным, которых увидели, словно два киношных детектива, ищущих след в деле о пропавшем человеке.
– Извините, сэр, вы не знаете Джонсона? Это человек, который потерял собаку, – спрашивала Анна.
Ответом на вопрос почти всегда был пустой взгляд, но Вронский протягивал деньги в качестве подкрепления, и тогда начинался диалог. Им удалось выяснить, что Джонсон постоянно обитал здесь, обычно спал на какой-нибудь скамейке в здании вокзала. Никто не видел его в течение последних нескольких дней.
Анна, настроенная очень решительно, восприняла новость спокойно и направилась внутрь с намерением обследовать все платформы и найти бродягу. Вместе они пересекли огромный зал. Анна предположила, что они должны начать поиски с того места, где погибла вторая собака Джонсона. Если б она была в отчаянии, то находилась бы именно там.
– Двадцать седьмой путь, – напомнил Вронский, не волнуясь, что выказывает собственную сентиментальность, с точностью запомнив место знакомства.
Перед тем, как они спустились по эскалатору к рельсам, Анна шагнула вправо и повернулась к Вронскому.
– Спасибо, что пошел со мной, – сказала она.
– Ты издеваешься? Нет никого, с кем я предпочел бы провести свой день.
– Погоди. Ты не дал мне закончить.
– Прости. Продолжай, – быстро добавил он, вновь оробев перед ослепительной красотой, представшей перед ним.
– Я также хочу поблагодарить тебя за… – Она смолкла, подыскивая верные слова. – …очень продуманные подарки, которые ты послал мне сегодня. Я ценю их, но не могу принять. Моя сумка пока еще в машине, но я отдам тебе все позже, когда мы завершим поиски.
Вронский нахмурился, не готовый к подобному. Он постарался ответить буднично и спокойно.
– Но я не хочу забирать их. Это для тебя, Анна. Каждый подарок предназначен только тебе.
– Алексей, я понимаю, но, думаю, нам обоим надо помнить: у меня есть бойфренд. Неправильно принимать презенты от другого парня. – Она набрала воздуха в легкие и заставила себя продолжить: – Особенно сегодня. Мне жаль.
– Нет, не извиняйся, Анна. – Вронский потянулся к ее руке, но тут же одернул себя. – Это я должен просить прощения. Я не хотел расстраивать тебя. Я просто хотел сказать тебе о своих чувствах. С тех пор как мы встретились, я думал лишь о тебе. Я никогда не чувствовал…
– Алексей, прекрати, – перебила Анна. – Если говорить об этом, все станет только хуже, о’кей? – События развивались совсем не так, как она хотела. – Разве мы не можем быть просто друзьями? Друзьями, которые вместе ищут бездомного. – Анны пыталась говорить легко и беспечно.
– Да, конечно, – ответил Вронский, не глядя на нее. Он согласился именно потому, что должен был, а не потому, что верил в это. Граф Вронский не видел, не мог видеть и никогда не увидел бы в Анне друга, и, если честно, не желал, чтобы и она видела в нем обычного шапочного приятеля.
Анна кивнула, почувствовал облегчение от того, что сделала все правильно. Она шагнула вперед и спустилась по эскалатору. Она сомневалась, что Вронский пошел за ней, но надеялась на это.
Но Вронский последовал за девушкой, продолжая их одиссею вдвоем.
Догадки Анны быстро подтвердились. Они обнаружили Джонсона лежащим на скамейке в дальнем конце платформы. Он выглядел лет на сорок, но жесткие седые волосы и борода очень старили бродягу, прибавляя ему возраст.
– Джонсон? – позвала Анна. – Мы хотим поговорить с вами о Бальбоа.
Мужчина сел так быстро, что Анна вздрогнула и отступила, а Вронский вытянул руку, чтобы оградить свою спутницу.
– Где он? – спросил Джонсон, глядя безумными глазами на молодых людей. – Вы нашли его? Я облазил весь проклятый город…
