Аннигиляция полностью

— Меланхоличная ностальгия: Они прослушали сотни элкоров. Я прошёл все прослушивания, проба за пробой. Ожидая похвалы: Я и выгляжу соответствующе, правда? Я достаточно крупный и внушительный, старый, но не дряхлый, сердечный и отеческий. Всё подходит. Но в итоге мистер Фрэнсис Китт взял более молодого актёра. С горечью: У них всегда так? Но студия заверила меня, что я их вторая кандидатура. С вызывающей уверенностью: Может, он и был моложе, но он не любил «Гамлета» больше, чем я. Никто не любит. Заговорщически: Я не верю, что Шекспир написал его. Я не верю, что его вообще написал человек. — Йоррик не привык быстро говорить и думать. Жизнь элкоров длинна. Они могут позволить себе обдумывать. И переобдумывать. И переобдумывать переобдуманное. Они не раскрываются чужакам. Они не разговаривают попусту. Но сейчас мозг Йоррика, подпитываемый восстанавливающими медикаментами, работал со скоростью перевозбуждённого саларианца. Он не мог удержаться. — С презрением: Мне встречались многие люди. Они резво двигаются, быстро стреляют, говорят не думая… Личное откровение: У Гамлета была душа элкора. Он не способен решать. Он должен всё взвешивать раз за разом. С волнением: Разве ты не считаешь, что знаменитые строки «Обличительно: Глаза без ощупи, слепая ощупь, слух без очей и рук, нюх без всего» могут описывать органы чувств моей расы? У нас четыре ноги, но нет рук, — Йоррик для наглядности приподнял массивную переднюю конечность и согнул все три серых пальца — длинных, толстых и мягких. — И наши глаза намного слабее нашего превосходного чувства обоняния. Зачем тогда Гамлету говорить это: «Противоречивое осознание двойного смысла: Вы его почуете, когда пойдёте по лестнице»? Своими крошечными носами люди даже не смогут отличить собственную мать от батарианского боевого зверя. К тому же Дания звучит более по-элкорски, чем по-человечески. Кое-кто утверждает, что это убогая форма названия Декууны. Застенчивое предположение: Под кое-кем я имею в виду себя. С глубокой духовной уверенностью: Невозможно, чтобы это было написано на Земле. Вдумчивое предположение: Возможно, если бы у Гамлета была система элкорского боевого ВИ, он смог бы запустить симуляцию и удостовериться в правильности выбора. Конфиденциальный шёпот: Йоррик — не моё настоящее имя. Я родился Науммом в Новом Эльфаасе на Икуне. Наумм — очень уважаемое, очень полезное, очень простое имя. Я сменил его, чтобы выразить почтение величайшей из когда-либо написанных пьес. Тихое отчаяние: Чтобы напоминать себе о своей мечте. В Андромеде не будет Фрэнсиса Китта, чтобы сыграть младшего элкора. Будет Йоррик, а множество людей будут жаждать развлечений. С яростными амбициями: Я провёл время на станции «Гефест», написав элкорскую версию «Макбета», которая не так хороша, как «Гамлет», но у неё наибольший показатель убийств среди драматических персонажей. Длиной в шестнадцать часов. Я уверен, что на «Нексусе» это понравится.

— Йоррик — это твоё духовное имя, — музыкально согласился ханар. Казалось облегчением понять что-то в истории элкора, вообще что-нибудь. — У этого тоже есть духовное имя. Исс — имя только этой личины. Но это наглядно свидетельствует о том, что неуместно говорить своё духовное имя незнакомцу.

Элкор фыркнул.

— С сильным раздражением: Неприлично стоять в темноте рядом с трупами, когда нечем заняться, и не поддержать беседу.

Исс многозначительно промолчал.

— Прискорбное дополнение: Извините. Вы знали… этого?

Исс пульсировал в такт тихому гулу корабля. Он смотрел вниз, на мёртвого сородича, если ханары вообще могли смотреть. Его третье длинное щупальце дёрнулось. Йоррик заметил и попытался не придавать этому значения. Всегда было очень трудно вспомнить, что другие виды не закодировали каждый свой жест в обширные банки личной информации. Если бы так сделал элкор, это крошечное движение означало бы «ты идиот, я тебя ненавижу, и, если бы во Вселенной существовала какая-то справедливость, я бы командовал всем этим судном». Но иногда щупальце было просто щупальцем.

— Этот принимает основную истину Вселенной, что все вещи разлагаются и становятся непригодными. Амбиции смертных особенно уязвимы перед силами хаоса Вселенной. Эту личину звали Холай. Этот не очень хорошо его знал и причину, по которой этот ханар летел в Андромеду. Хотя, конечно, все, кроме Вдохновителей, так же слабы и выродились, как насекомые, пожирающие останки бревна, Холай был… великим насекомым. Казалось бы, амбиции этого ханара… были уязвимы. Кто бы мог поверить, что смерть именно этого существа из всех ханаров на борту могла быть несчастным случаем.

— Любопытство: Был ли Холай государственным чиновником? Магнатом? Актёром?

Голос Исса стал густым и водянистым.