— Дуэль, — коротко ответил я, пытаясь от нее отстраниться. Все таки я на бал пришел не с ней и с моей стороны будет весьма не красиво прижиматься к Полине, держа под руку Анастасию.
Грищенко в это время закончил с формированием круга и напомнил правила дуэли, не боевая магия и кулаки. Все как обычно, мне самому не раз приходилось участвовать в подобных драках. Это бой на магическую выносливость и ум. Тут мало уметь махать кулаками. Надо правильно рассчитывать свои силы вовремя формируя магическую защиту и усиливая свои удары в нужный момент.
Бой, к моему сожалению, проходил в одну калитку и вел его Кулагин, который показал мастерское владение магией. Он очень быстро формировал щит предвидя практически каждый удар Богдана. Это скорее походило на избиение младенца и выглядело не слишком красиво со стороны. Кулагин с усмешкой на лице просто ставил щиты и отклонялся от ударов, чем только все сильнее и сильнее злил своего соперника. В итоге Регель максимально усилил кулаки поставив все на атаку и совсем забыв про зищиту, но это не принесло никаких плодов. Уйдя от очередного выпада моего сокурсника и приняв второй удар на защиту Кулагин со всей силы врезал Богдану в живот и когда тот согнулся от боли, сокрушительным ударом в ухо отправил того в нокаут.
Народ зашумел, мало кому понравились действия юнкера. Не принято в драках добивать уже поверженного соперника. Я было дернулся вступиться, но Полина повисла на моей руке, с другой же стороны в меня крепко вцепилась Анастасия.
— Не связывайся, — произнесла Полина.
— Вот гад, — процедила Анастасия.
Пока я с ними боролся неожиданно для меня выступил вперед Семен Елецкий, которого пыталась удержать его сестра Татьяна.
— Это не честно! Зачем ты его добивал? — Степан вырвался в круг. В это время Богдана оттащили и Алисия пыталась привести его в чувства.
— Вас, маменькиных сынков, возможно не учат, но соперник считается поверженным только тогда, когда он точно не сможет продолжить бой, — через губу бросил тот разворачиваясь чтобы покинуть круг.
— Это не бой! Это дуэль двух благородных! — Степан сжал кулаки и преградил дорогу Кулагину, — так не принято!
— Мы готовим настоящих бойцов, это специфика обучения, — между ними неожидано влез Грищенко, — когда идет бой на смерть, не следует думать о благородстве. Во время боя важна только победа, которую оправдывают любые средства!
— У нас не бой на смерть! — насупившись стоял на своем Степан, его поддержал гул голосов.
— Ты готов отстоять свою позицию, — тихо поинтересовался Грищенко, — я даю добро на второй бой, — он отошел в сторону, а Кулагин вернулся в круг.
— Второй бой не правильно, — покачал головой Степан, — если я его выиграю, это будет не честно. Или выставьте другого бойца, или перенесем на завтра! — В этом он был прав. Кулагин наверняка потратил не мало магии и возможность, что он словит магический откат была велика.
— Бой пройдет здесь и сейчас, — твердо произнес Грищенко, — мои ученики должны биться до последнего! Если пал один, то на его смену придет другой. Один за всех!
— И все за одного! — хором ответили юнкера.
Семен явно растерялся от такого напора и не знал что делать. Вроде надо биться, но в случае победы, обычные дворяне его за подобный бой осудили бы. Но на счастье в этот момент в зал зашел Владимир Николаевич.
Глава 9
Его Императорское Высочество великий князь Владимир Николаевич Романов обвёл взглядом собравшихся, мгновенно оценив обстановку.
— Что здесь происходит? — грозно спросил он. — Грищенко! Мы договаривались — никаких дуэлей! Сейчас же прекратить! — яростно выкрикнул князь. От интонаций его голоса многие вжали головы в плечи.
— Прошу прощения, — Иван Грищенко низко поклонился, — моё упущение. Молодые ребята, слегка заигрались. Просьба великого князя для меня — закон! — В его голосе сквозил неприкрытый сарказм, да и назвать дядю императора «великим князем» — тоже, в некотором роде, оскорбление, к которому, правда, особо и не придраться.
— Кулагин! — рявкнул Грищенко, повернувшись к юнкеру.
— Приношу свои извинения! — с полуслова поняв своего преподавателя, произнёс Артур, обратившись к Семёну. — Был неправ! Красота окружающих дам затмила мой разум!
— Принимается, — с облегчением буркнул Семён и пожал протянутую руку юнкера.
— Как же всё это интересно! — раздался в моей голове голос Афродиты. — Мне очень нравится!
— Ты не отрубилась? — удивился я. — Чего ж молчала всё это время?
— Я разобралась, как правильно надо! — радостно сообщила она. — Просто вчера я воспринимала окружающий мир через тебя и твои чувства. Так можно вообще с ума сойти! Столько эмоций, это как лавина! Но теперь я всё это отключила и смотрю на происходящее, как на сцену в театре. Вот, между прочим, бабушка Вовы была заядлой театралкой, и теперь я её очень хорошо понимаю. Это и вправду любопытно. Только вот, оказалось, что в подобном состоянии очень скучно танцевать, зато я наблюдала за окружающими. С тебя Алисия и Полина глаз не сводили!
— Не лезь не в своё дело! — окоротил её я.
