– Это вы о переведённой целительнице? – чуть нахмурилась девушка.
– И о ней тоже.
– Наличие собственной целительницы несомненно послужит на пользу вашему роду в дальнейшем. Вы ведь продолжаете идти к своей цели стать аристократом?
– Разумеется, – кивнул я.
– Прошу простить моё любопытство, Аскольд Игоревич, но что вы думаете о поступлении на Золотой Курс?
Я тяжело вздохнул и покачал головой:
– Не обязательно так витиевато строить фразы, чтобы задать простой вопрос. Мы же друзья, Софья Антоновна.
На пару секунд она задумалась, а затем кивнула:
– Хорошо. Так что вы решили? С вашими способностями к учёбе вы можете уже этим летом сдать экзамены, получить аттестат об окончании старшей школы, подать документы в «Кремлёвский военный университет» и получить столь желанное для вас личное дворянство.
Любопытно, она почти дословно повторила предложение Канцлера. Софья терпеть не может Годунова, в этом я не сомневаюсь, очевидно, она самостоятельно пришла к таким выводам.
– Интересные мысли вы озвучиваете, Софья Антоновна, – проговорил я, вновь сделав глоток чая. – Что же до поступления на «Золотой курс», знали бы вы, сколько раз меня спрашивали об этом в лицее за последние два дня.
– И что же вы отвечали?
– Что ещё думаю.
Не могу же я публично отказываться от предложения Канцлера. По крайней мере, до того момента, как в конце марта стану личным дворянином.
– Умно, – кивнула она, будто бы прочитав мои мысли.
– И раз уж мы заговорили об этом, – я решил взять быка за рога, как говорят в этом мире. – Зачем вы сами хотели выиграть турнир? Вы тоже целились на «Золотой курс»?
Софья замерла, удивлённо глядя на меня. Затем медленно долила в чашки остатки чая из чайника, сделала глоток из своей и снова задумалась.
Спустя шесть секунд Троекурова произнесла:
– То, что я вам сейчас скажу, является секретом. Вы сохраните всё услышанное втайне?
– Да. Я умею держать язык за зубами.
– Что ж… Дело в том, что я хочу создать свой собственный боярский род под патронажем моего отца. И отец одобряет это решение. Участвуя в турнире, я хотела получить усадьбу в Москве для своего будущего рода и возможность поступить на «Золотой курс». Знаете, пройти за полтора года трёхлетнюю программу военного университета – дорогого стоит. Но ещё дороже получить более высокое звание при выпуске. Хоть женщины и редко это делают, но я планировала отдать несколько лет своей жизни армии, получить максимально возможное для меня звание, чтобы самостоятельно заложить фундамент процветания своему будущему роду.
С замиранием сердца я ловил каждое её слово. Сила воли Софьи огромна, как и её стремления. Особенно заметно это на фоне тепличных аристократов. И ведь она девушка! Пусть младшая, но княжна. Если отец настолько её любит, позволил бы выбрать достойного княжича. Вышла бы замуж и жила припеваючи.
Это из-за того, что она незаконнорождённая?
Вряд ли только из-за этого…
– Аскольд Игоревич, о чём задумались? – с лёгким напряжением в голосе спросила девушка. – Вы… осуждаете то, что я хотела использовать возможности турнира в личных целях?
– А? – я изумлённо уставился на неё. – Нет, что вы! Я наоборот думаю о том, какая вы восхитительная!
– Правда? – щёчки Софьи предательски покраснели.
– Истинная. Но… Что же получается?.. Если бы у вас сложилась карьера в армии, и вы бы стали главой княжеского боярского рода, это не помешало бы дальнейшему развитию карьеры? Я к тому, что теоретически вы могли бы стать генерал-губернатором. Если бы не были под патронажем князя.
– Если бы карьера в самом деле складывалась бы хорошо, и я решила бы её не бросать, а развивать дальше – отец был бы готов передать мой боярский род императору. Такое возможно с согласия трёх сторон. И тогда никаких препон бы не было. С другой стороны, бывают случаи, когда высокие имперские должности получают члены княжеских семей.
– Понятно… – протянул я. – Стоп. Я начал говорить в прошедшем времени, но вы меня поддержали. Вы уже отказались от мысли поступать в военный университет? На тот же «Золотой курс» можно поступить не только по итогам турнира.
– Я… пока думаю, – в сторону ответила она. А затем встрепенулась и резко добавила: – Я не отказалась от идеи создать свой род и постараться его возвысить. Нет, это моя цель. Просто сейчас я рассматриваю и другие варианты.
В кабинете повисла тишина. Я перебирал в голове всё услышанное. Кое-что всё же не давало мне покоя.
– Скажите, Софья Антоновна, а почему вы так не любите Канцлера?
– Вы заметили?
– Трудно не заметить.
– Ну а как ещё мне реагировать на того, из-за чьего внука мой план пошёл прахом?
– Из-за его внука ваш план лишь сдвинулся на один год. А первоначальная версия плана пошла прахом из-за меня. К счастью, на меня вы так не реагируете.
Девушка сжала кулачки и выдохнула:
– С вашего позволения, я не стану отвечать на этот вопрос. Скажу лишь, что не все ведут честную игру.
Я молча кивнул. Лезть не буду.
– Полагаю, я ответила на ваш первый вопрос – зачем я участвовала в турнире? – спросила она через четыре секунды.
