Гордая орлица, привязанная за лапу…
И как Годуновы вообще столько лет удерживают власть в своих руках? Действительно, что ли, устраняют лишних Рюриковичей? Ведь простой народ верит, что боги даруют императору силу защищать империю в обмен на годы жизни членов императорского рода. Потому простолюдины не особо удивляются ранним смертям императоров.
А ещё никто из подданных не знает, сколько в императорской семье детей. Официально объявляют лишь о появлении наследника, а показывают его только тогда, когда он достигает совершеннолетия.
Размышляя обо всём этом, я стоял недалеко от столика с тарталетками в гордом одиночестве. Императрица подходила в основном к таким одиночкам, изредка к тем, кто стоял по двое, и ни разу к компаниям из трёх и более человек. Немного странно, что она лавирует между лицеистами, как крейсер между астероидами. Логичней было бы, если бы подходили к ней.
Но такое её поведение создаёт впечатление, что императрица на самом деле заинтересована в общении с подданными.
О, к Арвину подошла и что-то говорит.
Глянула в мою сторону.
Дальше говорит с Арвином… Хм, её величество заметила, что великая княгиня Тверская что-то обсуждает с главой охраны императрицы. Отправила одну из служанок разобраться.
Всё, с Арвином закончила. Идёт в мою сторону…
Остановилась возле Шапочкиной… Хм, послала вторую служанку к дальнему столику. И теперь вместе с Шапочкиной и третьей служанкой вновь направилась ко мне.
– Ваше Величество, – я отвесил почтительный поклон, когда компания остановилась возле моего столика с тарталетками.
– Аскольд Игоревич, вот мы и снова встретились, – неторопливо проговорила Елизавета Александровна. – Признаюсь, мне не терпелось познакомиться с настолько выдающимся представителем непривилегированного сословия. Расскажите, что вы испытали, выиграв турнир?
– Удовлетворение от достижения поставленной цели, Ваше Величество, – ровным тоном ответил я.
– Всего лишь удовлетворение? Вас не радует победа?
– Радует. Но я не настолько люблю битвы, чтобы радоваться одной победе. Победа ради победы без какой-то иной цели не по мне.
– Достойная позиция, – кивнула собеседница.
В этот момент в отдалении послышался звон разбившейся посуды. Императрица закатила глаза и обернулась на звук.
– Ну конечно, это она! – недовольно воскликнула Её Величество. – Боги, насколько же я великодушна, раз держу при себе эту недотёпу! Кира, дорогая, прошу тебя, сходи разберись с этим недоразумением. Мне стыдно перед Надеждой Григорьевной за нашу Марту, – обратилась она к третьей и единственной в данный момент её служанке.
– Ваше Величество, простите, но вдруг вам понадобится моя помощь…
– Пожалуйста, дорогая… – проникновенно произнесла императрица. – Только тебе я могу доверить это дело. А за меня не волнуйся, я вижу, Арина уже почти закончила разговор и с минуты на минуту вернётся ко мне.
– Хорошо, Ваше Величество, – поклонилась служанка.
Уходя, она бросила настороженный взгляд на меня и Шапочкину.
– Так о чём мы говорили? – вновь повернулась ко мне императрица. – Ах да… о ваших достоинствах, – императрица повернулась в сторону, как будто ища взглядом что-то на столах. – О! Ирина Александровна, душенька, будьте так любезны, принесите мне немного мангового сока.
– Конечно, Ваше Величество, – поклонилась Слуга Оболенских и быстрым шагом пошла к дальнему столику с напитками.
Мы с императрицей остались наедине, насколько это возможно в большом и шумном зале.
Елизавета Александровна сделала полшага в сторону. Вроде как встала поудобнее. А заодно и срезала угол обзора для тех, кто с любопытством поглядывал на нас.
– Аскольд Игоревич, представьте ситуацию, – быстро проговорила она. – Вы едите на телеге со слугами по лесу. Впереди на дороге раненный и гонец. Раненный без сознания, а гонец утверждает, что ему нужно срочно доставить письмо, и от этого письма зависит, будет ли существовать княжество, в котором вы живёте. Взять на телегу вы можете только одного, иначе сломается. Ваши действия?
– Беру раненого, предлагаю передать письмо, – быстро ответил я.
– Гонец не отдаёт, но предлагает вам золотые горы за помощь. И это не обман – вы озолотитесь, если выберете его.
– Если не отдаёт письмо, значит сам справится, – равнодушно ответил я.
На лице императрицы появилась мимолётная улыбка.
– Я прошёл тест, Ваше Величество?
– Не знаю, а вы как думаете? – с лукавинкой в глазах ответила она.
– Для себя – прошёл. Для вас – решать только вам.
И вновь мимолётная улыбка. А к нам уже широким шагом спешила служанка, которая до этого беседовала с великой княгиней Тверской, и Шапочкина с соком.
– Вы крайне интересный молодой человек, Аскольд Игоревич, – привычным тоном произнесла императрица. – Не сомневаюсь, что вы станете аристократом и создадите свой род. Желаю вашему будущему роду лишь процветания. Хочется верить, что вы сможете его добиться. Ирина Александровна, спасибо за сок. До встречи, Аскольд Игоревич. Может быть, когда-нибудь ещё свидимся.
И ушла в сопровождении Шапочкиной и служанки, оставив меня в глубочайшей задумчивости.
К чему всё это было?
Хм…
