— Да я и не отрицаю свою виновность, … — я прижал пальчик к нижней губе и вновь широким психованным взглядом всмотрелся в глаза магистра, при этом весело улыбаясь. — Только я ли одна здесь виновна, а, Джинн? Кто же не справился со своими обязанностями, нет, со своим долгом? Кто гарантировал защиту мирному населению и не справился? Защитники виновны также, как и нападавшие, правда именно защитники выглядят более слабыми и жалкими в глазах мирного населения, пускай внешне они ни за что такое не скажут. Джинн, подумай: ты виновна в том, что позволила врагу ворваться в Собор Барбатоса? А уничтожение винокурни — здесь есть твоя вина? Ответственность — вещь несправедливая, не правда ли?
— К чему ты клонишь?.. — тихо спросила магистр, сжав кулаки.
— Да нет, ни к чему, простое рассуждение, — ответил я и прошёл мимо неё дальше. — Всегда было интересно поговорить на такие щекотливые темы.
У меня в планах не было доводить напряжение между нами до критической отметки, однако боязнь Джинн серьёзно раздражала. Чем быстрее она придёт к выводу о потребности полноценно защищать своё общество, идя на жертвы, тем мне будет интереснее сражаться. Джинн обогнала меня и повела дальше, словно ничего не происходило. Очередные рассказы, обычные развёрнутые ответы на мои любопытствующие вопросы, а также старая лидерская хладнокровность. Многие прохожие старались не мешать нам, но я видел в их глазах непонимание и несогласие с магистром. Они боялись за свои жизни, не знали как противиться кризису, но ярче всего в их поведении проявлялась жажда к осуждению Джинн. Им хотелось ответных стоящих действий, каких-никаких успехов, причём в кратчайшие сроки, а не наблюдать за глупой прогулкой со мной по городу. Мне показалось, что я чуть-чуть хихикнул, будто оскорбивший короля шут.
Вскоре мы дошли до второго выхода из города, который закрыли недавно сделанными деревянными воротами, усиленные массивными балками. Как ни странно, Джинн не боялась раскрывать мне некоторые места, преимущественно относящиеся к военным объектам, из-за чего я предположил, что Ордо Фавониус построит укрепления лишь после моего ухода. Занимательно. Так или иначе, сейчас местная стража была занята совсем другим делом: они «повязали» Кли. Красная девочка во всю спорила с рыцарями, пыталась их убедить, при этом неубедительно капризничая, вследствие чего стражники её схватили и, кажется, заковали в наручники. Стоп, что? Я, конечно, помнил, что Кли тот ещё кадр, но чтобы иметь репутацию девиантного преступного ребёнка, которого можно смело арестовывать — удивительный факт. Она ж самый сильный человек в городе, верно?
— Что происходит? — Джинн включилась в действо с грозным выражением лица. — Кли, что ты опять натворила?
Стража хором отдали честь, ненароком отпустив Кли, которая, в итоге, побежала в сторону. Нет, побег не удался, так как Джинн поймала её за шкирку. Магистр была зла так сильно, что даже я немного напрягся.
— Это как понимать? — спросила Джинн.
— Я ничего не делала! — оправдывалась девочка, с усилием стоя рядом и не смотря на магистра. Ей крайне сильно хотелось убежать. — Правда!
Джинн глянула на стражу, и те подтвердили.
— Тогда что не так?
— Она хотела выйти из города, — отчитался один из рыцарей. — Говорит, хочет сходить в Вольфендом.
— Я отдавала приказ, что никому нельзя покидать город без разрешения магистра и капитанов, — напомнила Джинн, хмуря брови. — За попытку нарушения приказа тебе грозит тюремное заключение. Снова.
— Н-не надо! — девочка действительно сильно хотела наружу. Она осмелилась посмотреть в глаза Джинн и с умоляющим личиком принялась объясняться: — Я хотела встретиться с Рейзором! Он ведь там один совсем…
Кажется, искреннее переживание Кли насчёт друга умерило пыл Джинн, правда этого было недостаточно для переубеждения.
— Я ценю это, но приказ не меняется, — держалась на своём магистр. — Сегодня я забуду о твоём поведении, поэтому…
— Можно я? — вызвался я с хитрой лыбой на лице.
Кли только сейчас обратила на меня внимание и не поддалась на внешность Барбары. Видимо, все в городе знали, кто скрывался под личиком пастора. В целом, Кли тут же почувствовала себя дискомфортно и теперь молчала, как миленькая, будто бы готовая самолично пойти в одиночную камеру, лишь бы со мной не контактировать. Я, не дождавшись согласия магистра, медленным лёгким шагом — почти как начало танца! — подошёл к девочке, присел на корточки, поджав юбку, и с ласковым успокаивающим голосочком начал говорить:
— Лес Вольфендома не был тронут, так что Рейзору и его стае ничего не угрожает. Не переживай за него.
Ожидаемо, что она не поверила. Тогда я под бдительным взором Джинн погладил девочку по голове и добавил:
— Никакой враг не способен одолеть обитателей Вольфендома, разве нет? — после я приблизился к её личику и прошептал так, чтобы слышала только Кли: — Пока что. Если ты, милая, соизволишь выйти наружу, тогда да, жди беды. Понимаешь?
