Выходя из дома, он забежал в свою комнату и взял телефон, отключив его от зарядного устройства. Потом долго брел по улице, пытаясь позвонить, наконец, заметил, что сети нет. Может, сломался? – подумал Франк. Завидев какого-то прохожего, спросил:
- Извините, месье. Вы не посмотрите, у вас есть сеть?
- Месье? – не понял тот.
- Я не могу поймать сеть, хотел бы узнать, у вас она есть? – и кивнул на свой телефон. Тот недоуменно на него уставился и произнес:
- Нет, месье. У меня сети нет… С собой нет. Но я знаю, куда вам нужно идти. Неподалеку есть магазин, где вы сможете купить и сети, и прекрасные спиннинги, и удочки. Все, что угодно! Замечательный магазин! Вам прямо до угла и налево. Успешной рыбалки! - откланялся он.
- Спасибо, месье, - только и ответил Франк. Потом на такси он добрался до злополучного парка и снова достал телефон. Тот не работал. И тогда Франк зачем-то пошел вглубь зарослей, туда, где несколько дней назад они бродили со стариком. Он не знал, что ищет, снова и снова кружил по газону, наконец, побрел к скамейке. К той самой! К проклятой скамейке, где он познакомился с Дойлом. Долго сидел так, не зная, что ему делать. Наконец встал и направился к выходу.
И снова этот удивительный незнакомый Париж расстилался перед ним ковровыми дорожками булыжных мостовых, снова он приглашал пройтись по улицам и площадям, гостеприимно принимая его в свои объятия. Этот Париж не был к нему равнодушен, ему был интересен этот заблудившийся человек…
- Снова вы? – воскликнула Жоан, увидев Франка, одиноко стоящего у подъезда.
- Жоан, простите меня, - воскликнул он. – Вы не подумайте, что я преследую вас. Если я вам в тягость, скажите, и я оставлю вас в покое!
Она удивленно на него посмотрела, потом спросила:
- Вы пришли просить меня о том, чтобы я вас прогнала?
- Я сам не понимаю, что со мной происходит. У меня в этом городе кроме вас никого нет… Я не пытаюсь за вами ухаживать, морочить голову…
- Это я поняла, - ответила она.
- Да? Почему?
- Иначе притащили бы какой-нибудь дурацкий букет цветов или коробку конфет.
- Ох, простите. Я и не подумал. Сейчас…
- Не надо! – засмеялась она. – Поздно!... А что, я не та женщина, за которой можно ухаживать и, морочить, как вы сказали, голову?...
- Нет! Ну что вы! Я не то хотел сказать, - воскликнул он и осекся.
- Дурацкий разговор! – сказала она, потом прикоснулась к пуговице на его пиджаке, которая осталась у нее в ее руке.
– Оторвалась. Хорошо, что заметила. Нужно бы пришить.
– Как вам это объяснить?… Мне с вами очень хорошо, спокойно, - и он замолчал.
- Луи, у вас что-то случилось?
- Нет… Не знаю... Я не могу всего рассказать, я сам ничего не понимаю.
Она ненадолго задумалась, потом воскликнула:
- Поедемте кататься на карусели!
- На карусели? – удивился он.
- Да! Недалеко от Лувра есть старый парк, где находятся аттракционы. Правда, осенью они закрываются, но там есть одна замечательная карусель, которая работает круглый год. Вы когда в последний раз катались на карусели?
- Я?... Не помню.
- Поедемте?
- Да! – с радостью согласился он.
Сейчас Жоан напоминала ему ребенка. Она сидела на лошадке, крепко обхватив ее за шею, а глаза ее светились от счастья. Все время оборачивалась, махала рукой и снова на белом скакуне уносилась прочь. А он плелся следом на несуразном ослике. Потом карусель останавливалась, они бежали за билетами, возвращались и так еще много-много раз.
- Почему нельзя сразу купить много билетов и не слезать с карусели? – наконец спросил он.
- Нельзя! – серьезно ответила она, и он понял, что другого ответа и быть не могло. Нельзя и все! И снова он, не в силах отвести глаз, смотрел на нее. Внешне она была невероятно похожа на его Жоан, но эта Жоан была совсем другой!
- Фу! Кружится голова! - наконец воскликнула она и пьяной походкой, раскачиваясь из стороны в сторону и размахивая руками, побрела по парку. Потом подошла к скамейке… К той самой! И села.
- Почему вы пришли именно к этой скамейке? – подозрительно спросил он и Жоан недоуменно на него посмотрела.
- Потому что она оказалось ближе всего!? – и он увидел ее, широко открытые от изумления, глаза.
- Садитесь, Луи! Вы себя хорошо чувствуете?
- Да, - сел он рядом и какое-то время они молчали.
- Что вы делаете в Париже? – наконец спросила она.
- Я в деловой поездке от редакции, - соврал он.
- Вы журналист?
- Да.
- О чем вы пишете?
- Мне поручили взять интервью у одного писателя, - пробормотал он, – вдруг спросил, - вы знаете такого Рональда Дойла?
Она на секунду задумалась и беспечно ответила:
- Нет, не слышала. А что он написал? Сколько у него книг?
- Одна.
- Молодой начинающий гений?
- Можно сказать и так, - пробормотал он.
- А в какой газете вы работаете?
- Вечерний Прованс, - соврал он, выдумав первое, что пришло на ум.
- У вас интересная профессия! А как вы это делаете?
- Очень просто! Выезжаю на интервью. Общаюсь, задаю вопросы, ищу то, что в человеке ценно. Вы правы – это интересно и не очень сложно. Потом возвращаюсь домой, на компьютере собираю материал и несу его в редакцию.
- У вас дома есть компьютер? – улыбнулась она.
