Только последний кретин мог требовать «упразднить само понятие русской истории». Этот бред лидер КПРФ придумал, чтобы обосновать свою «теорию», изложенную в процитированном выше абзаце, и не только в нем. Тем самым он подтверждает истинность изречения о том, что «история — это политика, опрокинутая в прошлое». Не прав Зюганов и в отношении разбушевавшихся в «огне гражданской войны» «классовых антагонизмов». Они, «антагонизмы», существовали и до гражданской войны, которая как раз и явилась их следствием. А к «мировой революции», как известно, тяготел Троцкий, провозгласивший в 1905 году свою теорию «перманентной революции». Но Троцкий страной не управлял, а его теоретические изыски еще в 1924 году были развенчаны как «мелкобуржуазный уклон», в 30-е годы троцкизм был окончательно разгромлен, сам же Троцкий еще в 1929 году был выслан из СССР.
У Зюганова столько намешано всего...
К примеру, что такое «естественная геополитическая форма»? Естественная — то есть существовавшая всегда, данная свыше? Но тысячелетняя история Российского государства говорит о другом. Российская государственность формировалась в горниле войн, в преодолении иноземных нашествий и междоусобных распрей. Словом, псевдонаучные изыски Зюганова далеки не только от науки, но и от элементарного знания истории. И если уж придерживаться строгой научности, то не страна восстановила свою естественную форму, а Советская власть, рабочие и крестьяне под руководством большевиков освободили страну от войск Антанты и Белой Армии и объединили ее уже на новой — советской социалистической — основе, создав первое в мире государство рабочих и крестьян.
«Меня ругали за то, что изучал историю до 17-го года и считал, что там много гениального. Говорили: «Ты ничего не понимаешь», — уверяет Зюганов. (Газета «За СССР»,№ 1,1997 г.)
Кто мог «ругать» Зюганова, когда все школьники СССР изучали историю до 1917 года, в том числе Киевской и Древней Руси, когда защищались сотни, если не тысячи диссертаций по дооктябрьской истории, выходило огромное количество исторических, художественных книг? Но он, знай, бубнит свое.
«Меня в свое время часто критиковали за то, что я изучал русскую историю, историю православия. Упрекали в ЦК: зачем это копание в прошлом, надо мыслить по-современному», — уверяет он в книге «Верность» уже в 2003 году (стр.388).
«Так вот, я повторю еще раз — попытка принизить все в дореволюционной истории была одной из грубейших ошибок. И это по нашей истории прослеживается четко», — говорит он в интервью корреспонденту «Правды» В. Большакову. («Г.А. Зюганов и о Г.А. Зюганове», Пермь, 1995 г., стр. 247.)
Лидеру КПРФ нелишне бы знать, что руководство СССР, лично Сталин, решавшие в первые два десятилетия Советской власти колоссальные, а порой просто неподъемные по объему и масштабам задачи социалистического строительства, большое внимание уделяли проблемам народного образования, культуры, в частности, в числе неотложных государственных задач считали необходимыми подготовку и издание истории СССР. Такое задание было дано группе ученых, однако проделанная ими работа не удовлетворила Сталина и его ближайших соратников: вместо истории СССР они представили историю Руси. 8 августа 1934 года И.Сталин, А.Жданов и С.Киров выдают свои «Замечания по поводу конспекта учебника по истории СССР». В нем говорится:
«Группа Ванага не выполнила задания и даже не поняла самого задания. Она составила конспект
Подробно изложив замечания, Сталин, Жданов и Киров в заключение высказали пожелание-установку: «Нам нужен такой учебник истории СССР, где бы история Великороссии не отрывалась от истории других народов СССР, — это во-первых, — и где бы история народов СССР не отрывалась от истории общеевропейской и вообще мировой истории, — во-вторых». (И.Сталин, Сочинения, М., издательство «Писатель», 1997 г., т.14, стр. 40, 42)
Можно ли на основании этого письма обвинять Сталина в русофобии и в том, что он будто бы требует «искоренить русскую историю»? Любой непредвзятый человек ответит отрицательно. Образован Советский Союз, естественно, возникла потребность в учебнике истории всех народов, а не только русского народа. Но это отнюдь не оскорбляет достоинства и роли последнего.
Судя по воспоминаниям современников, публичным выступлениям и трудам вождя, сам Сталин великолепно знал русскую историю. И не просто знал, но и выступал против ее искажения.
19 июля 1934 года он пишет письмо членам Политбюро ЦК ВКП(б) «О статье Энгельса «Внешняя политика русского царизма»»:
«Рассылая членам Политбюро ЦК статью Энгельса «Внешняя политика русского царизма», считаю нужным предпослать ей следующие замечания.
