—А почему я, собственно, должен ехать в Куйбышев, когда Сталин находится в Москве? Нам надо здесь помогать фронту, открывать наш театр, а не стремиться в тыл.
...Надо признать, что тогда раздавались голоса о возможности сдачи Сталиным Москву. Мол, сдал же Москву Кутузов Наполеону, а затем победил. При этом авторы подобных допущений «забывали», что тогда столицей России был Петербург. Сталин знал то, что многие другие не знали, а именно то, что в случае захвата гитлеровцами Москвы против Советского Союза на Востоке немедленно выступает милитаристская Япония, а на юге — Турция, для СССР война сразу на двух, а то и на трех фронтах, без преувеличения, тогда грозила катастрофой.
А вот что свидетельствует такой авторитет, как Г.К. Жуков. Выступая в день своего 70-летия в Институте истории Академии наук СССР в 1966 году, он сказал, что ему иногда задают вопрос: как чувствовал себя Сталин в тревожный момент, когда враг подошел к столице, где находился в процессе битвы за Москву? «Надо сказать, — отмечал Г.К. Жуков, — что Сталин был серьезно встревожен создавшейся обстановкой в октябре месяце, особенно в период 7-25 октября. А когда нам удалось организовать оборону на линии Волоколамск—Можайск—Тула и удалось остановить наступающие части противника, Сталин был уверен в том, что врагу не удастся взять Москву, и он не покидал Москвы в процессе всего сражения и всей войны. Эта уверенность Государственного Комитета Обороны, который возглавлял Сталин, была продемонстрирована, как вам известно, парадами войск 7 ноября в Москве, Куйбышеве и других районах». (Живая память. Ветераны войны и труда; верность Отечеству. 1945-1997.М., 1997,с. 13).
... Несмотря на близость фронта, 6 ноября 1941 года по традиции состоялось торжественное заседание Московского Совета депутатов трудящихся с партийными и общественными организациями города Москвы, посвященное 24-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции. С докладом на заседании выступил Сталин. Он сказал, что война стала поворотным пунктом в развитии нашей страны, заставила перестроить всю нашу работу на военный лад. Война превратила нашу страну в единый и всеобъемлющий тыл, обслуживающий фронт, обслуживающий нашу Красную Армию, наш Военно-Морской Флот. Период мирного строительства кончился. Начался период освободительной войны с немецкими захватчиками. Сталин раскрыл первоочередные задачи великой освободительной войны за честь и свободу нашей Родины». (Б.Соловьев, В.Суходеев. Полководец Сталин., «Алгоритм-книга», Эксмо-пресс», М., 2001 г., стр.60-61-62)
Авторы этой книги пишут, что в конце июля 1941 года президент США Ф.Рузвельт посылает в СССР своего ближайшего советника и сотрудника Г.Гопкинса «на разведку». Как потом писал американский журнал «Лайф», — «разнюхать, каковы решимость и возможности советских военных сил, возглавляемых Сталиным».
«29 июля Гопкинса принял Сталин. В отчете Рузвельту из Москвы Гопкинс со всей определенностью и убежденностью писал: «Я очень уверен в отношении этого фронта... Здесь существует безусловная решимость победить» (С.Н. Семенов, В.И.Кардашев. «Иосиф Сталин: жизнь и наследие», М., 1997, с.296, 297). Мужеству Сталина многим обязано человечество», — заключают ученые на 64-й странице своей книги.
Так что Сталин никак не мог спрашивать Жукова — «Что делать? Сдавать Москву?» — как уверяет Зюганов. У него подобного бреда и в мыслях быть не могло. Тогда зачем лидеру КПРФ понадобилось так унижать Сталина и возвеличивать Жукова? И на этот вопрос можно найти ответ в книге В.Соловьва и В.Суходеева.
«Еще и сейчас, а особенно во время празднования 50-летия Великой Победы в Отечественной войне, Жуков противопоставлялся и противопоставляется Сталину. Утверждалось и утверждается, что Победа достигнута лишь благодаря Жукову, его воле и полководческому искусству, вопреки Сталину и даже при его противодействии Жукову. Однако во имя исторической правды нет никакой необходимости сталкивать и тем более противопоставлять эти две выдающиеся личности. Сталин был величайшим государственным, политическим и военным руководителем, международным деятелем, возглавлял воюющую державу, превратил страну в единый сражающийся фронт и тыл, осуществлял стратегическое и в целом общее руководство Красной Армией. Жуков был выдающимся полководцем, первым среди прославленных маршалов, одним из организаторов крупнейших стратегических операций Красной Армии от битвы за Москву до завершающей Берлинской операции.
Жуков сам был против противопоставления его Сталину. На пресс-конференции 9 июня 1945 года в Берлине для советских и иностранных корреспондентов корреспондент «Тайме» Р. Паркер спросил Г.К. Жукова:
— Принимал ли маршал Сталин повседневное деятельное участие в операциях, которые вы возглавляли?
Г.К. Жуков ответил достойно:
— Маршал Сталин деятельно и повседневно руководил всеми участками советско-германского фронта, в том числе и тем участком, на котором я находился». (Там же. Стр. 186-187)
