Параллель между политической деятельностью СКП-КПСС, рассчитанной на многие годы, десятилетия, и «затеей импичмента» — совершенно неправомерна хотя бы потому, что «затея» эта — разовая, а восстановленная партия в виде СКП-КПСС будет действовать, как уже сказано, многие годы. Своим «приговором», который мог посеять в коммунистическом движении пессимизм, неверие в свои силы, разочарование, Никифорова озвучила горячее стремление «вождей» КП РФ
Вопреки всем поползновениям руководства КП РФ, XXIX съезд КПСС выполнил намеченную программу.
Не сумев сорвать XXIX съезд КПСС и завернуть коммунистическое движение на территории СССР в нужное им русло, руководители КП РФ вскоре начали предпринимать шаги к созданию под своей эгидой параллельных СКП-КПСС структур в комдвижении, которые сами бы они и возглавили, а структуры эти действовали бы по их указке. Что это действительно так, а не мои домыслы, доказывает интервью Г.Зюганова уже в качестве лидера КП РФ газете «Правда» (№ 64, 3 апреля 1993 г.)
«Народ стремительно нищает, резко ухудшается экономическое положение, демократия под угрозой, права человека попираются. И в этих условиях разобщенность коммунистов — непозволительная роскошь», — говорит Зюганов. Кто с этим спорит? Все правильно. Но вот какой выход из положения видит «вождь» КП РФ: — «В ближайшее время мы намерены обратиться к руководству всех компартий и движений страны, собраться вместе на консультативное совещание или координационный совет, чтобы договориться о сотрудничестве, общих действиях в интересах трудящихся».
«— Но ведь, кажется, этих же целей добивался недавний XXIX съезд КПСС. Разве он не выполнил своих задач? Какую вообще роль он сыграл в коммунистическом движении, объединил ли этот съезд в какую-то одну организацию компартии СНГ?» •— спросил его журналист Валерий Алексеев.
«— Видите ли, — ответил Зюганов, — все существующие ныне компартии на территории нашей Родины, как известно, возникли на обломках старой КПСС. Сейчас нет возможности обстоятельно останавливаться на причинах ухода КПСС с политической арены как единой партии. (Еще бы! Иначе надо было бы Зюганову рассказать, как высшее руководство КПСС и КП РСФСР, в том числе и он сам, договорились не защищать в Конституционном суде КПСС «как исторически сошедшую с политической арены» и как они топили ее на процессе — Н.Г.). Но надо признать, что наряду с субъективными моментами определенную роль сыграли и объективные факторы. Поэтому пытаться сейчас склеить осколки этого уникального политического сооружения, какой была прежняя КПСС, вряд ли удастся. Располагая прежним материалом, надо тем не менее создать новый политический организм.
Зюганов, как и ангажированная Компартией РФ Никифорова, усердно сеет семена пессимизма: «склеить осколки» «вряд ли удастся». И это он говорит тогда, когда прошедший всего несколько дней назад XXIX съезд уже начал объединительный процесс. Коммунисты, приехавшие из республик, не испугались «очередного суперцентра», напротив, они создали этот центр для того, чтобы под его руководством обеспечить единство идеологии и совместных действий. Этот центр не нужен Зюганову, как не нужен был ЦК КПСС руководству КП РСФСР, как не нужен был Союзный центр Ельцину, который войной с ним основательно раскачал и подорвал союзный корабль. Зюганов и прочие «вожди» КП РФ были и до сих пор серьезно инфицированы болезнью суверенизации, самостийности. Не об интересах дела они думали, не о восстановлении нашей разрубленной на куски страны, они пеклись о том, чтобы любыми путями захватить в свои руки коммунистическое движение и в России, и на всем пространстве поверженного СССР и увести его в сторону от настоящей, а не мнимой борьбы. Это не голословные обвинения. В этой книге уже приведено немало на этот счет доказательств.
