Если Бог – Вера-Энергия-Сила, тогда понятно, что это нельзя потрогать и ощутить. Тогда причём здесь Бог? Основное – энергия, вера и сила. Почему ответственность сбрасывается на Бога? Когда горе – на всё воля божья, если хорошо – и слава богу? Кажется, богом называют энергию Вселенной. Не будешь ведь говорить слава энергии, на всё воля энергии. Это нелепо звучит. Я не верю, что Иисус воскрес и в непорочное зачатие, но ведь на Пасху говорю об этом и не верю – это чудо. Я верю в чудеса, ну да, бывают чудеса. Что чудесного в моей жизни происходит? Так-то да, много чудесного. Просто, кажется, поверить в чудо. Иисус воскрес – воистину воскрес! Мне это нравится, как игра. Массовое надувательство – это, кажется, ну не знаю. Ох уж мне эти сомнения. С одной стороны, я верю в чудеса, с другой стороны – нет. Всему есть предел! А как объяснить, что события и люди ко мне притягиваются, те о которых думаю и мечтаю? Многое необъяснимо в науке. Те же чёрные дыры, взять к примеру, материю и антиматерию, квазикристаллы, планковский масштаб… Я составляю коллажи и пока не по объяснимым мне причинам начинаю замечать события, и людей, соответствующих моим визуализированным желаниям. Вроде я называю себя атеистом, но иногда у меня прорывается машинальные фразы «о, Господи», «не дай Бог» и пишу я о нем с большой буквы… Гелла у меня верующая, и хозяин нового дома, и в группы на службу стала ходить. Зачем хожу? Чтобы понять и разобраться в своей вере. Значит, я не стопроцентный атеист. А, может, вообще не атеист и верю. Во что-то я верю, а во что-то – нет. Мне сложно поверить, что Иисус возродился из мёртвых. Хотя смотрела фильм, но это же фильм. Да и существует множество доказательств, что не было непорочного зачатия. Я не могу поверить в чудеса, может, поэтому в моей жизни чудеса не происходят. Иногда происходят. Но я пытаюсь найти научное объяснение всему. Так что я хочу объяснить себе? Что боги придуманы людьми, чтобы избежать страха смерти? Или что после смерти есть ад и рай? Вообще, я считаю это бредом, после смерти – неизвестность. Мне нравятся идеи Эпикура, что смерть есть ничто, где есть смерть – нет жизни, а где есть жизнь – нет смерти. Когда человек умрёт, он уже ничего не будет чувствовать. Пугает болезнь перед смертью… Когда человек узнаёт о смертельной болезни, он переосмысливает всю свою жизнь. Пока этого нет (я имею в виду смертельной болезни или смерти близкого, которая столкнула бы лицом к лицу со смертью), человек испытывает страх смерти на бессознательном уровне. Некоторая тревога, тревожное состояние, которое маскируется в свою очередь в действиях. Тревога или страх движет всем в человеке, проявляясь в других страхах. Это ясно. И чтобы ослабить страх смерти, придумали религии, ад, рай, богов. Кто такие боги? Супер-Эго, идеальное в человеке, то к чему каждый стремится. Мы знаем, что человек изначально родившись – хороший. Есть выражение «чистый, как дитя». Все изначально очень похожие и словно «нетронутый лист бумаги». Это время, культура, семья, социум вносит свои дополнения, наделяют ребёнка впечатлениями, эмоциями, чувствами, в результате которых формируется личность. Получается, что в становлении человека участвует окружение, особенно до двенадцати-четырнадцати лет. Эти окружающие его люди тоже результат своего воспитания. Выходит, замкнутый круг. Некоторые решают выйти за пределы «кольца». Стать правдивыми и осознать это. Но большинство людей проживают свои жизни, даже не свои, а навязанные родителями и социумом! И только на пороге смерти осознают, что не жили по-настоящему, да и все ли осознают? И всё-таки про веру. Это истина и чудо, опять амбивалентность. Зачем она вообще нужна эта амбивалентность? Истина – чудо, верю – не верю, хороший – плохой, правдивый – лживый. Как будто религия сама проецирует на правду или на чудо. А почему я не верю в чудеса? Можно объяснить научно: всё является результатом мыслительной деятельности человека. Но, кажется, я всё равно не уверена на сто процентов. Сложно осознать свою амбивалентность, так же и с верой.
Моя мать завела кошечку. Сначала пожалела её, потом поиздевалась, а именно стерилизовала, когти обрезала и – отдала. Кошмар, зверюга, садистка, какой ужас! Так ведь и я такая же, и брат такую жену выбрал. Зверь под маской овцы. Оборотень – вот почему мне этот фильм нравится. Я ненавижу её, получается, я ненавижу и часть себя. Какая эта часть фальшивая: то мягкая, то жёсткая. Да, я ненавижу себя. Я то люблю, то ненавижу.
Во мне прочно сидит убеждения, что «все врут» и что я притягиваю лжецов. Довольно часто я вижу ложь там, где её нет. У меня было много в жизни обмана. И мне везде теперь мерещится фальшь и что меня дурят. Я попадаюсь на обман, хочу быть обманутой с детства, видно, уже привыкла.
