Игорь – нейробиолог. Внешне Игорь был обычным, особой красотой или привлекательностью черт не отличался. Он был среднего роста, скорее высокий, чем низкий. Плотного телосложения. Глаза выражали серьёзность и ум. Он говорил мало, только по существу. Но если требовало того место и время, он выдавал такую речь, что можно было слушать, открыв рот. При этом он был скромным, что было тоже показателем интеллекта и внутренней уверенности в себе, ответственным, порядочным. И закрытым, постоянно в своём мире, а, может, просто сдержанным в проявлении сильных чувств – радость, злость. Он был идейным самородком-евреем. Писал стихи на сайт и благодарил, когда им восхищались. Он вырос в гармоничной семье единственным ребёнком и был обожаем своими родителями. Они дали ему жизнь без удовлетворения своих эгоистических потребностей. Позволили сыну развиваться самостоятельно. Они с детства уважали, ценили и любили его, конечно, за дело ругали и объясняли, как следует поступать правильно и чем грозит его поведение. Игорь окончил институт с красным дипломом, защитил диссертацию. Он был отцом двоих детей и благоговел перед женой.
– Итак, что она блокирует? Внутренний механизм, который защищает психику от правды. А вот и Нино к нам пожаловала, – радостно отвлёкся Марк, когда дверь открылась. – Поделитесь с нами приключениями в резервации?
– Может, не сейчас, пока что побуду с этим сама, осмыслю. В целом, нормально, спасибо, – Нино он нравился своим мягким мудрым голосом и заботливыми глазами. Ей казалось, что он видит её насквозь. Нино окинула своих коллег признательным взглядом, выражая радость от встречи.
– Хорошо, тогда включайтесь в наши дебаты на тему вакцины, как будете готовы. Эта прививка для поддержания иммунитета и блокировки лжи. Смысл и польза её – прививание с детства, – продолжал Марк.
– А взрослые как же? – оживился Артём.
Он был профессором физики. Именно ему принадлежит идея создания резервации расщепления методом квантования. Про его детство и семью никто не знал. Жил он один и, кажется, жил всегда один. Он не любил разговаривать на эту тему. Известно было только, что он родом из Иркутской области. Он был невысокого роста, худощавого телосложения, в очках, неопрятно одет, небрит. Его кудрявые волосы были всегда не расчёсаны. Лет ему было примерно сорок пять. Он всегда бубнил себе что-то под нос и никогда не улыбался. И он был гениален и уникален, такой же самородок, как и другие члены группы.
– Если принудительно – тогда это бесполезно. Это должно быть осознанное желание. Сами взрослые мало кто осознаёт проблемы из-за защитных свойств своей психики. А новорожденные привыкают так жить. Это глобальное изменение личности, новая раса. Искренность предполагает более высокую ступень развития.
– А что всё-таки со взрослыми? И как это новое поколение будет контактировать с фальшивым населением? Мне видится это очень проблематичным, – вступила в диалог Мария.
Мария Александровна, фармацевт по образованию, родилась в подмосковном городке. Точный возраст её никто не знал, она это тщательно скрывала, а выглядела на тридцать лет. Её родители погибли в автокатастрофе, когда ей исполнилось восемь лет, и она воспитывалась с дедушкой и бабушкой. Это была женщина невысокого роста, с пышными формами, привлекательным личиком, умными глазами, всегда уложенными волосами. У неё был приятный, мелодичный голос. Рядом с ней всегда чувствовалось спокойствие и умиротворение. Она говорила редко и очень лаконично. Удивительно, как в одной такой красивой женщине сочетались ум, ангельский характер, любовь к искусству. Она рисовала картины, вышивала крестиком и активно участвовала в неформальном движении. Да, она любила иногда выезжать на своём харлее в клуб на рок-фестиваль, подведя глаза, надев мини-юбку, колготки в дырку, блузку с декольте, сапоги ботфорты или ботинки и, конечно же, косуху, или отправлялась на байкер-слёт на юг России, они там собирались уже лет пятьдесят. Мария раньше работала преподавателем в медицинском институте. И увлеклась психологией. Она производила впечатление странной, себе на уме особы. Её лицо не выражало никаких эмоций, либо крайне редко и крайние степени. Преподавала она сразу после окончания института, а потом пошла на курсы переподготовки в области психотерапии.
– Взрослым надо будет как-то проводить пропаганду или показывать личным примером. Это долгий путь. Хорошо бы правительство одобрило вакцину. Но об этом пока говорить преждевременно, – размышлял Марк.
– Я думаю, что привитые люди, отличающиеся искренностью, будут направлять свою энергию на развитие себя, того, что им интересно. Это прогресс человечества в целом, – включилась Нино.
Заглянул заведующий кафедрой Аркадий Семёнович.
– Марк, прошу Вас зайти ко мне.
